Пока решал остальные вопросы, два раза успел позвонить няне. С Мурадом все хорошо, но Дилара жалуется — Вика опять доминирует. Вступает в конфронтацию. Росс хочет съесть грейпфрут, а ей пока нельзя. Женщины перепрятали все цитрусовые в кладовку и сейчас сами затаились в кухне. Вика в спальне кормит сына.

— Ради Аллаха, Фархад Каримович! — слезно причитает няня.

Вдвоем не могут справиться с Викой.

— Примерно через час буду.

Составляю контракт на аренду клуба. У Ланского внеочередной мальчишник, хотя за свою жену глотки готов драть. Странная позиция.

Стучу пальцами по клавиатуре.

Ланской темной масти. Он лучший друг главного садиста нашего города. Мрази, что смел поднимать руку на слабую женщину. Он лучший друг бывшего мужа Саманты Росс. Элитной знати в прошлом. Возлюбленной Женьки в настоящем.

Конечно, я не собираюсь причинять вред женщине. Но она — единственная слабость сумасбродного Росса-старшего. Я заставлю играть по моим правилам Ланского и бывшего мужа Саманты. Я выведу убийцу Айше на чистую воду. Росс ответит за содеянное.

Медленно сжимаю кулак. В горле пересыхает от ярости. Бутылка воды, захваченная в баре, пуста. Растираю уставшие глаза, расправляю спину. Достаточно на сегодня. Выключаю ноутбук, забираю ключи и телефон. Выхожу из кабинета.

Спускаюсь по хромированным ступеням вниз. Ослепляющий лазурный дым клубами парит над сценой в такт расслабляющей музыке. Жизель исполняет свой коронный финт на глянцевом шесте. Я знаю этот номер наизусть, как и тело стриптизерши. До последней родинки.

За плотной тканью моих брюк — штиль. На удивление. Колдунья Росс плотно окутала меня своими шальными чарами.

Беру вторую бутылку из бара и, не обращая внимания на окружающее блядство, двигаюсь вон из клуба. На улице позволяю себе небольшую передышку, чтобы окончательно успокоиться и уже с другим настроем вернуться домой. Завожу внедорожник и, обгоняя попутки, лечу за город. Трачу на дорогу гораздо меньше времени, чем обычно.

Бросаю авто у ворот и понимаю, насколько соскучился по сыну и Вике. Внутри коттеджа тишина подозрительная. Дилара со своими большими глазами выглядывает из-за угла.

— Что-то случилось?

— Нет, Фархад Каримович. Госпожа угомонилась, она в детской.

— До сих пор не спит? Я вас для чего нанимал?

Няня виновато опускает голову.

Первым делом мою руки и только потом поднимаюсь наверх.

— Вик…

— М?

Сонно бормочет Кошка. Бесшумно иду в детскую, замираю у кроватки. Довольный ребенок спит крепким сном. Моя гордость. Опускаю взгляд, дотрагиваюсь до руки Виктории:

— Идем в спальню.

— Нет, я не оставлю Кармия.

— Ты должна отдыхать и быть здоровой. До утра собираешься сидеть на полу, вцепившись в колыбель? Я принял на работу двух женщин, чтобы они посменно присматривали за сыном. Не ты, Вик.

— Я им не доверяю.

Какая мать у Мурада. Хищница. Но нет, мне это не нравится. Росс недавно родила, ей надо беречься. Обхватываю Вику, поднимаю на руки. И она склоняет голову на мое плечо, засыпает моментально. Секунд на пять, пока шагал из комнаты в коридор. Потом Вика резко вздрагивает, широко распахивает глаза.

— Не бойся, я позову нянек.

— Пусти-ка-пусти, еп твою мать!

Я узнаю этот тон. С тонким привкусом скандала. Не удивился вообще, но немного заводит. Вертлявая Росс сама спрыгивает, пятится назад. Одной рукой мертвой хваткой вцепляется в лестничные перила, вторую поднимет к лицу, чтобы начать грозить мне пальцем. Ее пухлые щеки заливает румянцем. Росс опять морщит лоб и дышит. Хлопковая пижама с мелким орнаментом котов Леопольдов кажется мне чертовски сексуальной. До первого слова Вики.

— Ты!

— И?

Непонимающе скрещиваю руки на груди, а Росс машет.

— Об кого шоркался?!

— Да вроде не было такого. Что с тобой? Кошмар приснился?

— За идиотку меня принимаешь? От тебя воняет женскими духами. Не! Это как, Алиев?..

Чуйка Вики парализует. В чем-то, может, и неправ, но Росс уже топает ногами, бесстрашно пытается надавить на меня своим авторитетом, сопит. Обжигает грудь через рубашку дыханием.

— …Пистец тебе. Знакомить он собрался с родственничками. Праведными. Охренеть!

— У меня клуб. И запахи там разные.

Стараюсь сохранять спокойствие, в отличие от Росс, что намеривается затеять драку. Замахивается. Скручиваю ее, прижимаю к себе. Святые небеса! Током прошибает тело. Никогда бы не подумал, что могу так любить. И злую и не очень. Бранную, невоспитанную барышню. Кусающую мое запястье.

— Изменяешь, да? Я разнесу твою забегаловку к чертовой матери! И шлюх твоих поубиваю!

— Ревнуешь?

Немалых сил мне стоит удерживать буйную Вику. Удерживать себя, чтоб не сорваться. Не стянуть закрытую пижаму. Не припечатать к стене и не взять Росс прямо здесь. Посреди коридора.

— Еще чего!

— Я верен только тебе. С нашей первой ночи и до сих пор. Сомневаешься в моих чувствах?