Пальцами захватываю края брюк с бельем. Застреваю на пахе. У Алиева колом стоит. Ох… Вспыхиваю, будто член ни разу не видела. Даже трясет немного. Задеваю нежное основание, Фархад напрягается. Он приподнимается на локтях, внимательно наблюдает за каждым моим движением.

— Вик…

— Тсс…

Ладонью сжимаю длину, провожу вверх и обратно.

— Фархад, подержи мои волосы.

Чувствую натяжение не только на голове, а еще глубже. Где нельзя. Фархад наматывает мои пряди на свою сильную руку, и я склоняюсь ближе к члену. У нас родился ребенок, и строить из себя девственницу по крайней мере смешно. Да, я испытываю моральное отторжение к Алиеву, однако понимаю тяжкую сущность мужской физиологии.

Не мешкаю, накрываю губами головку, заглатываю. Фархад на рефлексах толкается в горло. Кашляю, молниеносно перевожу на него взгляд. Огонь. До дрожи в коленках возбуждаюсь. Облизываю, ласкаю член кончиком языка. Посматриваю на камни вместо пресса у моего личного айсберга. Тянусь рукой, до красных полосок царапаю его грудь.

Фархад еще раз врезается в глотку. Я завожусь сильнее.

Лицо горит от жара и похоти. Как он там говорил? Испорченная? Ну.

Мокрыми от слюны и смазки губами беспорядочно целую в живот, грудь. Надменный звериной дышит, слишком сильно стягивает в кулаке мои волосы, но терплю. Кончиком языка оставляю влажный след на коже Фархада. Снова ласкаю член.

— М… подожди…— хрипит он, но уже поздно, не успев, кончает мне в рот.

Невольно сглатываю вязкое семя, выпрямляюсь. Вытираю ладошкой губы.

— Не по праведной дорожке идешь, Алиев. Разве можно кончать в рот женщине?

Глава 23.

Фархад

Моя непокорная Кошка. Грязная. Слизывает остатки спермы с губ. Иноверка. Наглая. Женщина, что ложилась в постель с другим без обязательств. Развратная, не боится судного дня.

На таких, как Росс, нельзя жениться. От них нельзя иметь детей. Только драть. Заставлять сосать где-нибудь в подворотне. Чтоб слезы текли из глаз, чтоб давилась. Не жалеть, а толкаться сильнее. Женщина для кутежа и похоти. Для ночных встреч. Не больше.

А дома должна быть покорная хозяйка. Девственница, чтущая Гóспода. Наряженная только для мужа. Праведная Мадонна.

Но это не мои рассуждения, а Карима...

Прости отец, однако член у меня не стоит на правильных.

— Тебе неприятно, Вик? Я хотел отстраниться. Не успел.

— Да как тебе сказать…

— Иди ко мне.

Хватаю за загривок свою Кошку. Слишком долго ждал ее тепла.

— Подожди, я же как бы… Минуту назад. Ты целовать меня будешь?

— Буду.

Вика со мной. И сын родился здоровым. Теперь мне ничего не мешает разобраться с ублюдком Россом. Он должен понести наказание за смерть Айше. Виктория никогда не узнает об этом. Нужно набраться терпения и выждать удобный момент. А терпения у меня в избытке, так же, как и хладнокровного спокойствия. До первого срыва.

Мой отец до сих пор разгневан, не одобряет связь с русской. Нас сосватали с Фаридой еще в детстве. Так что отцу против шерсти моя позиция. Неизменная.

— Фархад, тебе отец звонит. На телефон.

Ухмыляюсь, глядя на Кошку. Как она улыбается, тянется к прикроватной тумбе. Она не догадывается о моих мыслях. И это для нее лучше. Поправляю брюки, беру из женских ладоней трубку, выхожу в коридор.

— Да!

— Сын, я не смирился с Шайтанами в твоей голове, но хочу взглянуть на внука.

— Через сорок дней будет праздник.

Не из светлых чувств Карим Алиев выразил желание проведать Мурада. Ему нужно удостовериться в нашем родстве. Возможно, тест ДНК решил сделать. Пока лично не увидит доказательство. Полумесяц на пояснице Мурада.

— Думаешь, я могу сглазить дитя? С ума сошел?! Прекрати эту бессмысленную войну.

— Не я ее начал.

— Приезжайте завтра к нам. И неверную свою возьми. Зухра пахлаву сделает. Как раз познакомимся.

— Ребенок еще слишком мал.

— Больной родился?

— Что ты такое говоришь? Не дай Аллах!

— Ну тогда будь пастухом, а не бараном. Перестать бодаться! Брата девушки позови. Я хочу знать, с кем имею дело. И ту, от кого мой сын окончательно лишился рассудка.

Всевышний. Я бы попытался договориться с Викторией. Но два Росса в доме родителей… И старший представитель потащит за собой жену. Впервые в жизни не могу предугадать исход. Хотя нет, нас, как всегда, проклянут. Для Россов дебютом будет, а я уже привык.

— Хорошо, отец.

Сбрасываю вызов. Вздрагиваю. Сумасбродная Вика подкралась со спины и со всего маха тычет пальцами мне в ребра.

— Чё говорит? Чё говорит?

— Знакомиться едем?

Приподнимаю бровь, сверху вниз смотрю на Вику.

— Ох… А когда? Вообще-то, Алиев, я не готова к столь ответственному шагу.

— Ты уже успела родить ребенка от меня, Росс. Но я могу поухаживать за тобой, если душа просит. Знакомство завтра.

Вика кривится, будто держит дольку лимона между зубов. Морщит нос.

— Пистец…