– Какая трогательная забота. Особенно учитывая, кто организовал причину моего обморока.

– Осторожнее, куколка.

– Или что? Снова устроишь пожар? Боюсь, впечатление уже испорчено. Повторяться – дурной вкус.

Его глаза опасно сужаются. А я смотрю на него и вдруг понимаю, насколько абсурдна вся эта ситуация.

– Скажи мне одну вещь, – произношу уже без насмешки. – Что ты собираешься делать с этой информацией? Допустим, я отвечу. Что дальше? Ты оставишь меня в покое? Или найдёшь новый повод проверять, насколько хорошо я выполняю твои распоряжения?

– Для начала перестану гадать, что с тобой, блядь, происходит.

– Со мной происходит жизнь, Бах. Моя собственная. И самое удивительное, что она продолжается без твоего участия.

– Не пизди мне про независимость, когда чуть не сдохла у меня на глазах.

– А ты не называй заботой то, что сам же превратил в угрозу.

Мы замолкаем. И я понимаю, что на этот раз из паутины Баха выпутаться не получится так легко.

Скидочка на жаркую историю! Он - бандит, она - дочь полицейского. Чуете, какой взрыв будет?)

Трофей для бандита

- Моей будешь, - мужчина к стене прижимает. Голодным взглядом обжигает.

- Я полицию вызову! Ты ко мне домой забрался!

- А планирую забраться еще кое-куда, - нагло усмехается, дергая мою кофточку.

- Ни за что!

- Я не спрашивал, факт озвучил.

Он наглый, опасный, дикий. Мот Раевский тот, кого опасаются все вокруг. Он не привык к отказам. А моё "нет" для него лишь вызов.

Мой отец мечтает посадить Раевского.

А Мот... Он забрался ночью в мою спальню...

Выбрал меня в качестве мести. И у меня нет возможности отказаться.

И я не знаю, что он собирается сделать. Уничтожить меня или научить чему-то запретному...

Глава 12.1

– Знаешь, что меня действительно интересует, Бах? – произношу, разглядывая его.

На тёмной рубашке заметны сероватые разводы. Возле воротника ткань измята, один рукав испачкан чем-то чёрным. На костяшках правой руки свежие ссадины.

И запах. Даже отсюда чувствую въевшуюся в его одежду гарь. Значит, он действительно вытаскивал меня из здания.

Собственными руками. Какая неожиданная самоотверженность со стороны человека, который предварительно организовал причину моего спасения.

– Ты испугался? – я наклоняю голову. – Когда я потеряла сознание. Когда перестала реагировать. Тебе стало страшно?

– Следи, блядь, за тем, что говоришь.

– Значит, стало. Какое неприятное открытие. Ты ведь всего лишь хотел выяснить, могу ли я ходить, а пришлось проверять, дышу ли вообще.

– Раяна, закрой рот.

– Неужели твои гениальные планы иногда заканчиваются не так, как ты рассчитывал?

– Ты, блядь, совсем берега потеряла?! Я тебя на руках из этого ебучего дыма вытаскивал, пока ты там в свою принципиальность играла!

Мужской голос грохочет по спальне. Он резко отталкивается от стены.

Если бы можно было видеть злость – это была бы тёмная, пульсирующая материя, затягивающая всё в чёрную дыру.

Бах смотрит на меня так, что по позвоночнику пробегает неприятный холод.

– Ты вообще понимаешь, что могла сдохнуть? – произносит он уже спокойнее. Буквально выплёвывает слова один за другим.

– Прекрасно понимаю. Особенно теперь, когда ты любезно напомнил мне об этом в пятый раз.

– Тогда какого хуя ты не встала?!

Вот оно. Опять. Даже сейчас, после всего произошедшего, его интересует именно это.

Не моё самочувствие. Не последствия дыма. Не то, что я едва пришла в сознание.

Почему я не встала? Как же ты предсказуем, Бах.

И как же мне хочется однажды увидеть, что произойдёт с твоей самоуверенностью, когда ты наконец столкнёшься с чем-то, что не сможешь купить, запугать или уничтожить.

– Потому что не захотела отвечать на твой вопрос, – фыркаю я.

– Ты ради этого готова была сдохнуть?

– А ты ради ответа готов был устроить пожар. Полагаю, у каждого из нас имеются определённые недостатки характера.

Он делает шаг ко мне. Я крепче обхватываю колени.

– Скажи мне, блядь, одну вещь. Ты ходишь или нет?

Смотрю на него. На жёсткие черты лица, потемневшие глаза, сжатую челюсть.

И вдруг чувствую, как внутри окончательно заканчивается терпение.

– Я отвечаю только тем, кого уважаю, Бах, – я качаю головой. – Хочешь получать от меня ответы? Заслужи это право.

Несколько секунд он молчит. А потом усмехается. Медленно, зло, без малейшего веселья.

– Осторожнее, куколка. Не забывай, с кем разговариваешь.

– С человеком, который однажды уничтожил мою семью, вышвырнул меня из своей жизни, а теперь требует благодарности за то, что не позволил мне умереть от последствий собственного развлечения. Поверь, Бах, я прекрасно помню, с кем разговариваю.

В спальне становится очень тихо. Мужчина смотрит на меня долго.