Вот талант, которому действительно стоило бы обучать за деньги.

Ставлю стакан на стол. К чёрту. Мне не нужны её благодарность, любовь или уважение. Пусть засунет это себе куда-нибудь поглубже.

Мне нужен ответ. Один. И я его получу.

Я даже готов открыть перед ней ворота. Потому что человек, уверенный в собственной свободе, гораздо быстрее совершает ошибку, чем тот, кто постоянно ждёт удара.

А Раяна обязательно ошибётся. Она не умеет сидеть спокойно. Ей нужно действовать. Контролировать. Доказывать.

И рано или поздно она сама покажет мне то, что так старательно скрывает.

Телефон вибрирует. Олег. Опять.

– Что ещё? – рявкаю.

– Есть кое-что по швейцарцу. – Максим Градов. Бизнесмен. Несколько компаний, инвестиции, недвижимость. Основные интересы в Швейцарии. Деньги серьёзные.

– Я спросил, кто он такой, а не просил зачитать его резюме.

– Тогда конкретнее: он давно знаком с Раяной. И, судя по всему, был рядом с ней после аварии.

Сбрасываю.

Швейцарец. Максим, блядь, Градов. Успешный. Воспитанный. Умеет разговаривать без угроз.

Вспоминаю, с каким удовольствием Раяна перечисляла его достоинства. Специально. Чтобы задеть.

И ведь задела, сука.

Не потому, что я собираюсь устраивать соревнование с каким-то гладковыбритым европейским бизнесменом.

А потому что этот человек, возможно, знает о ней то, чего не знаю я.

А ещё этот звонок. Как она смотрела на экран, когда высветилось его имя. Как сразу схватила телефон, будто ждала именно этого человека.

Ни раздражения, ни привычного желания послать весь мир к чёртовой матери. И ведь уже намекала, сука, что у неё кто-то появился.

Интересно, насколько близко этот ублюдок успел подобраться? Трахает её?

От мысли по челюсти проходит болезненная судорога.

Представляю, как какой-то посторонний хер прикасается к ней. Как запускает руки под одежду, целует шею, слышит её дыхание возле собственного уха.

Как Раяна сама тянется к нему, позволяет раздевать себя, ложится в его постель.

Блядь.

С силой сжимаю стакан. Лёд ударяется о стекло, виски выплёскивается на пальцы.

Я, значит, получаю исключительно оскорбления, ледяные взгляды и пожелания сдохнуть где-нибудь подальше от её драгоценной компании, а какой-то швейцарский мудак получает всё остальное?

И ведь наверняка считает себя охуенно особенным.

Подобрал женщину после тяжёлой аварии, помог, поддержал, проявил понимание. Теперь можно примерять нимб и наслаждаться заслуженной благодарностью.

Только я прекрасно знаю Раяну. Её невозможно купить сочувствием. Она скорее откусит протянутую руку, чем позволит кому-то увидеть, насколько ей плохо.

Так что же этот ублюдок сделал, если она подпустила его настолько близко?

Опрокидываю остатки бухла в себя, падаю в кресло. Пытаюсь сосредоточиться на работе.

И поиске тех возможных ублюдков, которые лёгкий дым превратили в настоящий пожар.

Не люблю, когда в мои планы вмешиваются. Особенно в те планы, которые я, сука, выстраиваю долго.

Проходит несколько часов. За это время я успеваю провести ещё два разговора, согласовать встречу по «Алекте» и отправить людей проверить записи с камер возле офиса.

Работа постепенно возвращает голове привычную ясность. Цифры. Фамилии. Обязательства. Деньги.

Здесь всё просто. Если человек не выполняет условия, он платит. Если врёт, лишается доверия.

Если пытается меня обмануть, рано или поздно обнаруживает, что сделал самую дорогую ошибку в своей жизни.

И только с Раяной ни одно правило не работает.

Потому что она не боится последствий так, как должна.

Поднимаюсь. Хватит. Пора проверить, как там эта зарвавшаяся стерва.

В коридоре второго этажа горит приглушённый свет. Под ногами мягко пружинит ковровое покрытие. Из дальнего окна тянет прохладой.

Возле спальни никого. И правильно. Я не приказывал выставлять охрану у её двери.

Я вообще нахуй убрал охрану подальше, чтобы ничего не мешало.

Толкаю дверь.

– Ну что, куколка, закончила…

Замолкаю. Кровать пуста. Одеяло отброшено в сторону. Подушки смяты. На прикроватной тумбе стоит нетронутый стакан воды.

Блядь. Сука.

Я специально не стал её запирать. Специально оставил возможность двигаться по дому.

Но, блядь, не рассчитывал, что куколка воспользуется ею настолько быстро.

Вот, значит, как. Пока я решал проблемы с пожаром, моя драгоценная Раяна организовала собственную эвакуацию.

Причём достаточно грамотно, чтобы никто не поднял тревогу. Умница.

Просто охуенная умница.

– Где Раяна? – набираю начальника охраны.

– В доме, насколько мне известно.

– Я сейчас стою в её спальне, и её здесь нет. Поэтому задам вопрос ещё раз. Где, блядь, Раяна?

На другом конце повисает пауза.