Выглянув в коридор, она заметила Джека, разговаривавшего с Джерико, который всё ещё стоял на страже перед комнатой Такеши.

Халани дробно застучала пальцами по бёдрам, зафиксировав взгляд на двери, котораяманила её, словно вода в пустыне. Не в силах устоять, она бросила полотенце на кровать и направилась по коридору.

Оба повернулись при её приближении.

Она сглотнула, мечтая о способности становиться невидимой, чтобы просто проскользнуть мимо них. Но судя по тому, как внимательно их глаза следили за ней, этому не бывать.

— Привет. — Она откашлялась, потирая руки.

Джек оглядел её мокрые волосы:

— Рад видеть, что ты умылась. Господь знает, нам это было нужно после лагеря. — Выражение его лица стало отрешённым, и она почти забыла, что он застрял в тюремном лагере на долгие месяцы.

— Дилеры всё ещё ищут нас?

— Без сомнения, — констатировал он. — Но мои люди пустили ложные следы в других районах города, и они начинают клевать. Мой совет: продолжайте копить силы в течение следующих пары дней, потому что мы можем выдвинуться в любой момент.

Голос Джека звучал всётвёрже , и Джерико выпрямился рядом с ним. Она восхищалась тем, как все уважали Джека и ловили каждое его слово. Даже после побега из тюремного лагеря он тут же вернулся к роли лидера так, словно родился для этого.

— Спасибо, Джек. — Халани искренне посмотрела на него. — Ты хороший лидер.

Его губы искривились, будто часть его не до конца в это верила, но он кивнул. Она снова бросила взгляд на дверь, её сердце забилось быстрее.

— Можно мне поговорить с ним?

— Насколько я помню, он пытался тебя убить.

— Я… я знаю. Но будет хуже, если он подумает, что остался здесь совсем один. Такеши нужно знать, что у него всё ещё есть люди, которым он небезразличен, даже если он ничего не помнит. Это займёт всего пару минут. — Она впилась ногтями в ладони, почти теряя тонкий слой контроля.

Джек обдумывал её слова, долго и пристально изучая её. Она ждала, затаив дыхание, уже рассчитывая, что он ответит отказом. Если так, она найдёт другой способ проскользнуть мимо Джерико.

Халани была уверена, что Серин ей поможет.

Она не знала, какую именно отчаянную решимость Джек разглядел в её лице, но в конце концов он произнёс:

— У тебя есть пять минут, и только пять минут. И Джерико останется внутри с тобой.

— Но…

— Это не обсуждается. — Джек опустил голову. — Будь уверена в своём решении, Халани, потому что если он попытается что-то сделать, он за это поплатится.

Глава 8

Я посмотрела монстру прямо в глаза.

И он улыбнулся мне в ответ.

Халани затаила дыхание, переступая порог комнаты Такеши. Его больше не держали в камере. Это серое, блеклое помещение по размеру было примерно с её спальню, а может, и того меньше.

Джерико закрыл дверь и твёрдо встал перед ней. Она сделала шаг вперёд, но Такеши не лежал на кровати. Её рот слегка приоткрылся, когда она обнаружила, что он сидит на полу, уставившись в каменную стену.

Он подтянул ноги, небрежно положив локти на колени.

Но он был ничерта не спокоен.

Его плечи были окаменевшими, а на предплечьях вздулись жилы — он сжимал руки в мёртвой хватке, словно из последних сил удерживал себя в руках.

— Такеши, — прошептала она, боясь повысить голос в этой леденящей тишине.

Он вздрогнул.

Она ждала, что он повернётся. Но Такеши остался сидеть точно так же, всё ещё приковав взгляд к стене, будто тамскрывались ответы, до которых он не мог дотянуться.

Халани сглотнула и оглянулась на Джерико, но тот отвернулся, давая им уединиться.

Пять минут. Это всё, что у неё было.

Она обошла кровать, её сердце оглушительно колотилось в груди. Взгляд Такеши был остекленевшим, и сам он выглядел абсолютно потерянным. Словно застрял в бесконечной петле без единого шанса вырваться.

Она дрожала, подавляя дикое желание обнять его. Сказать ему, что она здесь. Что всё будет хорошо.

Но она заставила себя оставаться спокойной.

— Можно мне сесть?

Он снова вздрогнул, явно услышав её, но всё равно не ответил.

Она прикусила нижнюю губу и стала ждать.

Протянулась целая минута.

Когда Халани поняла, что ответа не дождётся, она всё равно села рядом с ним. Их плечи не соприкасались — между ними оставаласьпара хороших дюймов, — но его челюсть сжалась, и он слегка отвернулся от неё.

— Такеши… Ты хоть сколько-нибудь помнишь меня?

Врач подтвердил, что память к нему не вернулась, но ей нужно было услышать эту разрывающую сердце правду из его собственных уст.

Опасная, безжалостная энергия Такеши трещала в воздухе. Она едва могла дышать. Едва могла соображать, прождав, казалось, вечность, пока он наконец не ответил.

— Нет.

Халани кивнула, уставившись на стену рядом с ним. Если бы она растворилась в этом бетоне, он, вероятно, даже не заметил бы.

Но ей нужно было держать себя в руках.

Ради себя.

Ради него.