🔥 (спойлер – спасти маленькую жизнь).

Дорогой Читатель!

Ты можешь обсуждать каждую главу в комментариях, делиться впечатлениями и поддерживать автора. Ведь именно твои комментарии и реакции помогут понять, в каком направлении развивать сюжет дальше.

Поддержи Ленку – она того стоит!

Глава 10

- Егорова! Егорова! Вот ведь сволочь! – сестра-хозяйка оплеухами поднимает меня с пола и заставляет выйти в коридор. – Ты чего здесь устроила?! До сортира не дошла? Живо в палату, снимай всё с себя. Переодевайся в свое тряпье, и чтоб духу твоего здесь не было!

Я не возражаю. Необычайно быстро семеню в палату. Главное бежать отсюда. Бежать! Я не знаю, что со мной сделали, но оставаться здесь нельзя. Надо добраться до дома. Надо позвонить. Там Макс, там друзья, Главное выйти отсюда!

Выворачиваю пакет, и на кровать падают уже виденные мною штаны и майка. Кроме этого, в пакете лежат старые, местами рваные кроссовки. Плевать.

Я снимаю с себя мокрую ночную рубашку, и новое потрясение заставляет меня застонать и без сил опуститься на кровать. Под рубашкой скрывается толстенькое тельце с висящим брюшком и боками, покрытыми рытвинами целлюлита. Где же я?! Где Я?!

Новая мысль. А что, если меня накололи какой-то гадостью и всё это только галлюцинации? Очень реальные галлюцинации.

Я тороплюсь одеться, пока не вернулась сестра-хозяйка. Не могу объяснить, но мне кажется, что я и вида не должна подавать, что мне очень страшно. Иначе меня не выпустят.

Я одеваюсь и выхожу из палаты.

- Ну, что Егорова? – Славин идет мне навстречу. – Больничный тебе я так понимаю, не нужен?

- Почему? – вопрос вырывается сам собой, и я тут же прикусываю язык.

- А куда ты его предъявлять будешь? – Славин так удивлен, что даже останавливается. – На работу что ли куда устроилась?

- Устроилась, – туманно сообщаю я.

-Ладно, – Славин пожимает плечами. – Куда? Что в больничный вписывать?

Я не знаю, что ответить и потому молчу.

- Егорова, тебе всего двадцать лет, а организм у тебя ни к чёрту. Всё пропито, прокурено. Тебе что, совсем жить не хочется? – Славин смотрит на меня, как на раздавленного таракана. Вид у доктора Славина славный. Такой же славный, как его фамилия, но я его почему-то боюсь.

- Иди отсюда Егорова, – Славин сует мне в руки белую бумажку. – Очень надеюсь больше с тобой не увидеться.

- А куда мне идти?

- Вон твой дом, – Славин тычет рукой в окно. – Адрес забыла? Овражная, двенадцать, квартира пять. Вали отсюда.

Я беру в руки бумажку. Справка. Выдана Егоровой Елене Семеновне. Ерунда какая-то. Заболевание: алкогольная интоксикация. У меня?! Я же под машину попала!

Я пытаюсь догнать Славина, но он уже ушел. Стучусь в дверь к заведующей отделением – женщине с вульгарной помадой. Когда я открыла дверь, она откусывала большой шмат хлеба с салом.

- Скажите, где Ольховская? – закричала я с порога и заведующая вздрагивает. На откусанном бутерброде остается алая полоса – отпечаток яркой помады.

- К вам в больницу должна была поступить Ольховская. Тоже Елена… только Викторовна, – не отступаю я. – Вы просто перепутали! Она под машину попала! Где Ольховская?!

Заведующая кладет на стол бутерброд и тщательно пережевывает откусанный кусок. Потом она молча берет телефонную трубку и набирает короткий, внутренний номер.

- Миша? Привет. Не отвлекаю? Слушай, у тебя третьего дня женщину привозили, она на машине под КАМаз попала… да. Да? Как, говоришь ее фамилия? Понятно.

Заведующая положила трубку и повернулась ко мне. Откусила еще кусок, поморщилась, как от зубной боли и показала мне рукой на дверь.

- Иди отсюда, Егорова. Ты мне аппетит портишь.

- А что же… где же Ольховская?

- На что она тебе? – Заведующая подобрала с колен упавшие крошки. – Умерла твоя Ольховская. По дороге. До больницы не довезли.

Я выхожу в коридор. Мимо прошла сестра-хозяйка и что-то сказала мне недовольно, но я ее не слышу. Выхожу на улицу и сажусь на лавку. Я ничего не понимаю. В голове у меня вязко и туманно, наверное, так себя ощущают сумасшедшие. Но я не сумасшедшая. Я вообще – не я. Куда мне идти?

Оглядываю себя с головы до ног. Плачевное зрелище. Но у этой Елены Егоровой должны быть какие-то друзья, родители? Ей всего двадцать лет, значит кто-то обязательно есть. Значит помогут. А я? А мои друзья? Макс… да как я покажусь Максу вот такой?! Это невозможно.

Я встаю с лавки и иду на Овражную, дом двенадцать.

Глава 11

Дом номер двенадцать по улице Овражной оказался деревянным двухэтажным бараком с одним-единственным подъездом. Двери в подъезд не было. Сразу за дверным проемом в обе стороны шел коридор, с одной стороны которого тускло зияли грязные, побитые оконца, а с другой располагались покосившиеся обшарпанные двери.