Славин задает новый вопрос, но я не слышу. Ночной кошмар возвращается ко мне наяву. Я поворачиваю плечо, и короткие обкусанные пальцы шевелятся мерзко и торопливо. Я не верю своим глазам. Что они сделали со мной? Где мои руки?!

- Нет-нет-нет! – меня бьет крупная дрожь, я кричу и трясу руками. Я хочу избавиться от этих мерзких, коротеньких пальчиков с грязными, поломанными ногтями.

- Прекрати истерику, – Славин достает шприц и ловко втыкает мне иглу в плечо. – Отдыхай.

Я начинаю завывать и пытаюсь встать с кровати. Тело мое вопреки воле наливается тяжестью, глаза закрываются, и я опять засыпаю.

- Егорова! Егорова! – голос заведующей отделением пронзительный и требовательный от него ничем не оградиться.

Я открываю глаза. Светит солнце. Значит снова утро.

- Егоровой нет, она выписалась, – мрачно отвечаю я. Во рту сухо и гадко.

- Юмор? Юмор – это хорошо, – заведующая смотрит на меня тяжелым взглядом. – Раз юморим – значит, здорова.

Заведующая разворачивается на толстых каблуках и линолеум визжит под ее тяжестью: «Выписывай эту юмористку».

Это она говорит медсестре, и та с готовностью кивает. Может сказать заведующей, что у нее вульгарная помада? Заведующая и медсестра выходят. Им на смену появляется сестра-хозяйка.

- Забирай свои манатки.

На мою кровать летит полиэтиленовый пакет с потертым портретом какой-то красотки и надписью «Для тебя!» Из пакета вываливаются синие, мятые штаны, изображающие джинсы и серая (не в смысле серого цвета, а в смысле грязная) футболка.

- Это не мои вещи, – брезгливо говорю я.

- Правда? Скажи ещё спасибо, что мы тебе обувь подобрали. Сюда тебя босиком привезли.

Босиком? Интересно. А где же мои дорогие туфли?

- А вас не волнует, что я с постели не встаю? – поинтересовалась я. – Или вы мне ноги тоже отрезали?

Сестра-хозяйка попятилась и посмотрела на меня удивленно.

- Где мои руки? – я снова начала закипать. – Зачем вы мне пришили эти культяпки?! Где мои туфли итальянские? Где сумка? Телефон, наконец?!

Сестра-хозяйка молча вышла и в палате появляется Славин.

- Опять буянишь? Надевай свои вещи и уматывай.

- Это не мои вещи.

- Других нет.

- Украли?

Славин почесал переносицу.

- Не исключено.

- Я встать не могу, – мрачно сообщаю я.

- Надо встать, – Славин вздохнул и сел рядом. – Держать тебя здесь никто не будет.

Я сцепила зубы и поднялась на локти. Сердце заколотилось, как сумасшедшее, на лбу выступил пот. Еще одно усилие, и я села. Теперь надо опустить ноги на пол. Я пытаюсь управлять своими ногами, но они плохо слушаются. Правая нога запуталась в одеяле и мне никак не удается ее освободить.

Славин молча наблюдает.

- Помогите, – меня злит его безучастный вид.

Славин схватил мои ноги и через мгновение они оказались на полу.

- Вставай.

Я вцепилась руками в кровать и попыталась подняться. Голова закружилась, но я устояла на ногах. Я сделала шаг, другой, но пока ещё не решаюсь отпустить спинку кровати. На мне больничная уродливая ночная рубашка. Застиранная с мелкими, блеклыми цветочками и бурыми пятнами.

- Я в туалет хочу, – громко объявляю я.

- Иди, – Славин пожимает плечом. – Дверь напротив.

Я отпускаю кровать и снова делаю шаг. Я иду. Мне кажется, что у меня согнуты колени, и я пытаюсь распрямиться, но от очередного усилия потеет спина, и я иду, как могу. Выхожу в коридор – узкая унылая лента с дверями по обе стороны. Напротив меня дверь с буквой «Ж». Я пересекаю коридор и захожу в туалет. Вижу умывальник и кран с капающей водой. Над ними тусклый квадрат большого зеркала. Очень хочется пить. Я открываю кран, набираю в пригоршню воды и жадно пью. Умываю холодной водой лицо, поднимаю голову и испуганно оглядываюсь – за моей спиной кто-то стоит!

Но за спиной никого нет. Маленькая кабина вряд ли способна вместить еще одного человека. Снова поворачиваюсь к зеркалу, протираю его тусклую поверхность кулаком, брызгаю на него водой, снова протираю, да что же это?! Из зеркала на меня смотрит существо с короткими волосами, выжженными пергидролем. Опухшее лицо с разбитыми губами и сине-желтыми синяками вокруг маленьких глазок. Вокруг короткой шеи мотается грязная веревочка с подвешенным на ней оловянным крестиком. Я не верю, что это я. Пытаюсь разодрать ненавистными руками ненавистное лицо. Мне больно, из растревоженной раны над губой сочится кровь. Я реву, не умея выразить свою боль иначе. По моим ногам сочится горячее, мокрое и я замолкаю, без сил опускаясь на холодный пол. Я описалась.

От автора:

Что дальше ждет героиню истории?

Успешная, молодая, красивая Елена Ольховская попала в тело нелепой и никому не нужной Егоровой Ленки.

Сдаться? Подчиниться судьбе? Ни за что!

План такой:

🔥 выжить;

🔥 найти друзей;

🔥 разгадать тайну перемещения душ;

🔥 стать счастливой!