И под рёбра с левой стороны пришёл сильный толчок. Сначала я почувствовал лишь странное онемение и давление, а затем — волну обжигающего тепла. Опустив взгляд, я увидел рукоять ножа, вошедшего по самую гарду. Тот самый первый ублюдок со сломанным правым запястьем умудрился подняться с колен. Решительный, сука.

Девчонка визгливо ахнула, отступая назад. А мужик, превозмогая боль, ждал, пока мои колени подогнутся, но я наотмашь ударил его кулаком прямо в лобную кость. Под костяшками раздался мокрый хруст, голова противника неестественно мотнулась назад, а тело рухнуло мешком. Череп не выдержал удара, от лицевой кости осталось месиво. Он больше не поднялся.

Я шумно выдохнул через нос, разворачиваясь к парню с арматурой. Тот уже успел оценить исход схватки и вовсю уносил ноги обратно в чащу, петляя между деревьями. Разумный выбор, но запоздалый. Перехватив трофейный топор за самый край топорища, я коротко размахнулся и швырнул его вслед убегающему. Топор несколько раз перевернулся в воздухе и исчез в зелени. Донёсся оборванный вскрик и звук приземления человеческого тела на мягкую землю. Больше ни звука.

— Ты… ты ведь его почти не видел, — рыжая переводила дикий взгляд с кустов на меня и обратно, её губы мелко дрожали, а по щекам лились слёзы.

— Видел, — буркнул я, плотно прижимая ладонь к раненому боку. — Ещё когда ты за моей спиной дышать разучилась.

Она открыла рот, но так и не нашла слов. Я доковылял до кромки зарослей. Топор вошёл беглецу точно между лопаткой и позвоночником, раскроив рёбра и достав до лёгкого. Мёртв. Выдернув сталь из обмякшего тела, я вернулся на прогалину. Девица отступила на два шага назад, глядя на меня совершенно иначе. Наконец-то до неё дошло, почему я так беспечно сидел у ручья на виду у всего леса. Я бросил окровавленный топор на камни возле первого трупа.

— Всё, чисто, — я сплюнул под ноги вязкую слюну. — Больше тут никого нет. Эти ублюдки следили за мной сутки.

— И ты просто сидел здесь? — её плечи мелко затряслись от подкатывающей истерики. — Спокойно набирал воду?

— Как видишь.

В её глазах страх постепенно вытеснял недоверие. Это хорошо, тут паника убивала быстрее пули, а страх хотя бы заставлял шевелить мозгами. Я перехватил пальцами рукоять ножа, торчащего под рёбрами. Девушка резко вскинула ладони, делая шаг вперёд.

— Стой, не смей! — её лицо потеряло последние остатки розового цвета. — Он же внутри!

— И что ты предлагаешь? — я зло прищурился. — Ходить с железкой в брюхе?

— Его нельзя вытаскивать! — она судорожно сглотнула, задыхаясь от собственной поспешности. — Откроется кровотечение!

Что-то знает из первой помощи, надо же. Но мне её выкладки сейчас только мешали. Перехватив пальцами скользкий от пота пластик, я одним резким движением выдернул сталь наружу. Боль, от которой мышцы живота свело судорогой, пришла с опозданием на секунду. Я до скрежета стиснул зубы, сдерживая рык. Густая кровь толчками хлынула из бока, пропитывая порванную футболку.

— Ты сумасшедший?! — выкрикнула девушка, пятясь и во все глаза уставившись на глубокий порез. — Ты что творишь?! Ты умрёшь!

— Нормально, — я перевёл дыхание, с силой надавив на рану пальцами, чтобы перекрыть поток. — Не смотри. Тебе вредно.

Она не шевелилась, заворожённо глядя на крупные капли, падающие на серую гальку.

— Эй, — позвал я громче, чувствуя, как внутри всё горит. — Голову в сторону уведи, говорю.

Поздно. Девчонка резко согнулась пополам, уперевшись ладонями в собственные колени. Прямо на камни её и вывернуло. Я прикрыл глаза, втягивая воздух через нос. Отличная компания подобралась, ничего не скажешь.

Далеко не сразу она выпрямилась и тыльной стороной грязной руки утёрла губы.

— Я… прости… — выдавила она, не поднимая глаз и шмыгая носом.

— Только не говори, что падаешь в обморок от вида крови, — я хмуро наблюдал за её попытками прийти в себя. — Мне с твоей тушкой возиться некогда.

Девушка вдруг уставилась на меня как на выходца с того света. Её зубы мелко стучали, и она поспешно отвернулась к бегущему ручью, чтобы не смотреть на трупы. Я потянулся за рюкзаком — бок прострелило так, что перед глазами вспыхнула белизна. Пришлось остановиться. Девчонка это заметила, глядя на меня со страхом и лихорадочным расчётом. Похоже, решала, кто представляет большую угрозу сейчас: раненый лесной мясник или джунгли. На её месте я бы ушёл один. Но она не уйдёт. Пустая фляжка, порванная одежда и синяки под глазами кричали о том, что без проводника она не протянет и суток.

— Вода нужна? — спросил я, кивнув на её вещи.

Она посмотрела на ручей, затем на обмякшее тело, лежащее в паре метров от кромки.

— Набирай, — скомандовал я.

— И всё? — она нахмурилась, пытаясь перестать всхлипывать. — Ты… ты не собираешься меня прирезать?

Я внимательнее оглядел её фигуру, растрёпанные рыжие волосы и рассыпавшиеся веснушки на переносице. Тонкая, грязная, перепуганная — и всё равно чёрт знает почему цепляла взгляд.

— Пока ты ведёшь себя тихо — нет, — я позволил себе жёсткую усмешку. — Мне лишнее мясо без надобности.

Девица вздрогнула, сильнее перехватив рукоять ножа.