И я просто знаю. Я знаю, что это плохо.

Я отвечаю на хаос.

— Нас заманивают в засаду! Повторяю, нас заманивают в засаду! — Голос Марко гремит на линии, его почти заглушает оглушительный треск выстрелов.

Моя кровь стынет на долю секунды, прежде чем включается адреналин. Я молча разворачиваюсь и бегу к лифту, мои длинные шаги проглатывают расстояние, Данте и Перро — прямо за мной.

— Элира? — спрашиваю я, заходя в лифт. Это единственное, что сейчас имеет значение. Если с ней что-то — что-то — блядь случится, я сравняю город с землей. Превращу этот проклятый город в руины и заставлю Африма пожалеть о его попытке отвлечь меня этой идиотской схемой.

— Я на пути к тому, чтобы отвести миссис Леоннотти в безопасную комнату, и...

— Она все еще в спальне, а ты тратишь время на разговор по телефону со мной?! Твою мать, Марко. Отключайся и иди к ней! Живо!

Я вешаю трубку, как только двери лифта открываются, и снова бегу к машине. Когда я добираюсь до нее, я практически бросаюсь на водительское сиденье. Перро замешкался, уже на полпути к двери, но я уже захлопнул ее и завел двигатель. Данте едва успевает открыть пассажирскую дверь, прежде чем я вылетаю из гаража.

Шины визжат, когда я выворачиваю машину на дорогу, заднюю часть немного заносит, прежде чем я беру управление под контроль. Моя нога прижата к педали газа, двигатель ревет, а клаксон гудит, пока я пробиваюсь сквозь черепашью пробку. Красные светофоры пролетают мимо, но ничто из этого не имеет значения. Ничего не важно. Ни законы. Ни правила. Даже сопутствующий ущерб. Только она.

— Думаешь, это Африм? — спрашивает Данте.

Боже, я надеюсь, что это Африм. Какое лучшее время для попытки спасти его дочь, чем сейчас, когда мои люди разбросаны, тушат пожары по всему городу, а меня нет дома? Если это он, по крайней мере я знаю, что он не причинит вреда собственной дочери. Но если мы имеем дело с какой-то неизвестной силой — блядь — это означало бы, что Элира в серьезной опасности.

Данте проклинает, когда я дергаю руль, машина рывком входит в крутой поворот к жилому комплексу. Его рука взлетает вверх, вцепляясь в поручень над головой, как будто это спасет его от моей езды.

— Ты пытаешься убить нас, прежде чем мы доберемся? — рявкает он, голос слегка дрожит.

Я не отвечаю. Мой разум зациклен на одной неумолимой истине:

Я не могу ее потерять.

Глава 26

ЭЛИРА

Я просыпаюсь от того, что Марко трясет меня так, будто от этого зависит моя жизнь, — и, судя по напряжению, исходящему от него, так оно и есть.

— Что случилось? — бормочу я, сонная и раздраженная, садясь и протирая глаза.

— Мне нужно увести вас в безопасное место. Следуйте за мной. — В голосе Марко я слышу то, чего никогда раньше не замечала: напряженность, которая посылает ледяную воду по моим венам. Мужчина, обычно сохраняющий невозмутимое спокойствие, звучит так, будто едва держится.

Я свешиваю ноги с кровати, заставляя тело двигаться, несмотря на остаточную тяжесть прерванного сна.

— Что происходит? — спрашиваю я, наблюдая, как его взгляд продолжает метаться к двери спальни, будто он ожидает, что она вот-вот распахнется. Что-то очень и очень не так.

— На нас напали. — Слова произнесены едва слышно, но они падают в мой желудок свинцовыми гирями. Мое сердце делает кульбит, и я внезапно полностью просыпаюсь.

— Что? Кто? Пожалуйста, только не тот, о ком я думаю. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

— Нам нужно увести вас в безопасное место, — повторяет он механически, намеренно игнорируя мой вопрос и поворачиваясь ко мне спиной. Я ожидаю, что он выведет меня из комнаты, но он направляется прямо к двойным дверям, которые, как я знаю, ведут в гардеробную Максимо. Что он делает? — думаю я, следуя за ним сбитыми с толку шагами. Разве нам не нужно идти к выходу?

Свет в гардеробной автоматически зажигается, когда мы входим, отбрасывая мягкое сияние на неприлично дорогой гардероб Максимо. Пока я все еще пытаюсь понять, зачем мы играем в переодевание во время нападения, Марко целенаправленно направляется к большой стеклянной витрине, где аккуратным рядом разложены все галстуки Максимо. Я в замешательстве смотрю, как он начинает вытаскивать их один за другим. Он сошел с ума?

Один галстук, два, три... Когда он тянется к четвертому, материал цепляется за что-то, удерживающее его. Металлический щелчок разрывает тишину, и я чуть не подпрыгиваю, когда стена начинает двигаться. Настоящая стена. Двигается.

Святые угодники, это какой-то секретный проход уровня Бэтмена.

Я стою, раскрыв рот, как идиотка, пока Марко небрежно запихивает галстуки обратно и хватает меня за руку, практически затаскивая через проем.

Как только мы оказываемся внутри темной секретной комнаты, датчики движения включают верхний свет, освещая пространство.