— Это ведь правда, да? — Латиф закрыл дневник и поспешно вернул его мне, словно тот был заразным. — Насчет способности Командующего высасывать магию прикосновением. Мы слышали слухи, но я думал… Даже после того, как я увидел это с Аль-Анка, какая-то часть меня всё равно не верила.

— Это должно быть невозможно, — пробормотала Намса. — Единственным человеком, способным так остро ощущать магию и поглощать её, был Фарид.

— Фарид, основатель Низала? — Мои брови едва не уползли под самые волосы. Фарид жил еще во времена Авалинов.

— Да, но он мог поглощать и чувствовать магию только потому, что Дания, Байра и Капастра наделили его этим даром для защиты от магических распрей между королевствами. Как мог Наследник спустя сотни поколений получить ту же способность?

— На него напала мусрира. Он сказал, это побочный эффект её неудавшегося проклятия, — растерянно произнесла я.

Намса и Латиф переглянулись.

— Это… возможно, — неуверенно протянул Латиф.

— Будь честен, — Намса пихнула его локтем. — Мавлати, сколько силы понадобилось бы мусрире, чтобы не просто проникнуть в Цитадель, но и создать проклятие такой мощи, которое одарит Наследника пожизненным побочным эффектом? Если бы такая мусрира существовала, она бы не промахнулась. Он был бы мертв.

Мороз пробежал по коже.

— Я не понимаю. Вы хотите сказать, что способности Арина и выкачка магии как-то связаны?

Латиф, который явно скучал по вечерам, когда можно было развлекать детей долгими и витиеватыми историями, с готовностью ухватился за этот вопрос:

— Чтобы понять разницу, для начала нужно уяснить базовое устройство нашей биологии. Все мы — лукубиты, орбанцы, омальцы, джасадцы, большинство низальцев — рождаемся со встроенным резервуаром магии. Можно назвать его колодцем.

Я невольно улыбнулась. Интересно, как бы отнесся Латиф к тому, что использует те же метафоры, что и Наследник Низала.

Лидер урабийцев во время речи активно жестикулировал:

— Мы, как личности, несем в крови запас магии на всю жизнь, но колодец выдает лишь ограниченное количество за раз. То, как быстро он пополняется, зависит исключительно от человека. К примеру, магия Намсы уникальна; прямо сейчас она могла бы издать звук, от которого у всех в радиусе мили потекла бы кровь из ушей. Мощность, необходимая для этого, опустошила бы её колодец примерно наполовину, и на восстановление ушел бы день. Если бы она увеличила радиус до двух миль, колодец иссох бы полностью, и ей потребовалось бы два дня. Моя магия более общая, и, учитывая возраст, мне требуется вдвое больше времени на восстановление, когда колодец пустеет. Абсолютно каждый из нас обладает этим колодцем — пространством, где хранится сила. Включая те королевства, чьи источники пересохли за прошедшие века.

Я скрестила руки на груди:

— Базовая анатомия нашей магии мне знакома. Мой вопрос в том, как магия перемещается. Если её можно выкачать, можно ли её передать?

— Передать магию от человека к человеку невозможно, — отрезала Намса.

— Пораскинь мозгами, Намса, — укорил её Латиф. — Передача магии отличается от поглощения или выкачки. Магия пришла в эти земли именно через передачу. Когда Авалины попытались наделить силой своих потомков напрямую, это привело к жестокой гибели многих из них. Магия была слишком мощной, чтобы наши тела могли удержать её сами по себе, поэтому для неё высекли отдельное пространство.

— Колодцы, — кивнула Намса.

— Именно. Колодцы хранят силу, и у них есть лимиты. Ограничения на то, сколько магии мы можем потратить и использовать в любой момент времени. Когда Авалины дали нам эту функцию, следующим шагом стало укоренение магии в крови населения.

Я опустилась на край кровати, по привычке теребя пальцы — от этой старой привычки меня безрезультатно пыталась отучить Сорайя.

— Магия переносится в крови, поэтому она передается из поколения в поколение. Колодец служит ограничителем, не давая черпать слишком много силы за раз. Получается, для безопасной передачи магии нужна и магия в крови, и колодец, который будет её перекачивать?

Латиф просиял:

— Да. Колодец есть у всех, но магия в крови осталась только у джасадцев. Как понимаешь, никто не способен искусственно влить магию в чужую кровь. Если попытаться перелить силу в сухой колодец, рискуешь убить и себя, и того, в кого вливаешь.

Интересно, но не совсем продвигало меня к ответу.

— Почему тогда принудительная выкачка убивает жертв, а Арин может опустошать людей без физического вреда для них?

— Когда из тебя добывают магию, колодец не просто опустошают — его вырывают с корнем. Представь: ты стоишь по пояс в Хируне по другую сторону плотины. Когда плотину сносит и на тебя обрушивается поток, нужно собрать как можно больше воды, пока тебя не смыло течением. Добыча магии — это тонкое ремесло. В тот миг, когда они вырывают колодцы — пространства, защищающие наши тела от того, чтобы магия разорвала нас на части, — им нужно успеть вобрать максимум силы, пока этот бурный поток не уничтожил тело жертвы.