Рубцы на спине Сильвии множились, пока сплошная пелена крови не залила её от шеи до самой талии.

Она не издала ни единого звука.

«Благодаря этому воспоминанию мы и узнали, что она жива, — прошептал Уайд. — Так мы и вышли на Наследницу Джасада».

Арин его не слышал. Всё его существо сузилось до взмаха и падения плети на спину Сильвии. Перед глазами всплыла комната в Орбане, соскальзывающее полотенце и слои чудовищных, застарелых шрамов.

«Понимаешь, у меня талант разочаровывать людей».

Желчь подступила к горлу Арина, его едва не вывернуло наизнанку. Спустя вечность каида Ханым обошла дерево и перерезала веревки на запястьях Сильвии. Наследница Джасада повалилась вперед, съежившись в комок.

— Можешь снять повязку, — бросила Ханым.

Сильвия сорвала ткань с лица, подняв на женщину покрасневшие глаза. И тихо, едва слышно прошептала:

— Ты прощаешь меня?

Её зубы стучали от холода и шока. Арин не мог постичь, почему они не бросаются обрабатывать её раны, почему не останавливают кровь.

— Ты была хорошей девочкой. — Ханым протянула ей плеть. — Обмой её в реке. Как закончишь, перевяжем тебя у костра.

— Спасибо. — Сильвия приняла окровавленное оружие.

Вокруг них соткались серые стены подвала Цитадели. Арин наконец снова увидел Муфсида. Тот сидел на койке, его кожа казалась землисто-серой от смертельной усталости.

— Надо же, — слабо хмыкнул Уайд. — Неужели это блеск слез в глазах Серебряного Змея? Ну-ну. Это была история всего одного пальца. Как бы ты разрыдался, найди мы остальные кости Ханым?

Арин заставил себя взять ровно одну минуту. Одну минуту, чтобы собрать воедино осколки собственного разума, растерянные им у ног искалеченного фермера, за столом переговоров правителей и в лесной глуши рядом с Сильвией. Больше всего на свете ему хотелось выйти из этой камеры и уйти… куда угодно.

Но меньше чем через час Арин будет наблюдать, как рассвет встречает смерть Уайда Энтейра, Костопряда Королевских Династий. Он уйдет, оставив Арина с целым ворохом вопросов, и унесет ответы с собой в могилу.

Уже сейчас временное прояснение рассудка покидало Муфсида; глаза снова бешено забегали, руки задергались.

— Что вам было нужно от магии Наследницы Джасада? — голос Арина заледенел. — Вы хотели выкачать её?

Муфсид снова забился в глубь своих нар, скрываясь в тени глухих стен. Лишь желтизна его взгляда зловеще поблескивала, пронзая Арина пугающей, ледяной осознанностью.

— Скверный Командующий, — шёпот прилетел вместе с едким, хриплым смешком. — Выкачать магию, сцедить. Тот же вор, только шапка другая. Важно не то, что ты забираешь. Важно — куда это уходит.

Муфсид повернулся к Арину спиной и больше не проронил ни слова.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ. СИЛЬВИЯ

— Если ты не попробуешь пустить в ход магию до нашего ухода, мы с тем же успехом можем приказать всем в горах выстроиться на этом утесе и дружно прыгнуть в море Сухна, — бросил Эфра.

— Интересная мысль. — Я указала на волны, разбивающиеся о подножие горы. — Может, покажешь пример?

— Препираетесь как младенцы, — вздохнула Намса. Она поправила под собой одеяло, сидя в окружении вещей, которые я еще утром помогла ей снять с бельевой веревки. — А я-то наивно полагала, что мне удалось избежать участи воспитывать детей.

Эфра нарезал круги по каньону между нашей горой и соседней, доходя до края замерзшего озера и возвращаясь обратно.

— Информатор будет здесь через несколько часов. Если она принесет новости, которых мы ждем, нам придется немедленно выдвигаться к Омалу. У нас нет времени сидеть сложа руки и умасливать тебя.

Ногти до боли впились в ладони. Колодцы преисподней, как же меня бесило, когда Эфра говорил обо мне как о капризной зверушке! Будто нас не разделяли всего десять футов и одно оскорбление от того, чтобы я испепелила его на месте.

Но хуже всего было то, что он прав. Они ждали отчета от одного из шпионов о реакции королевств на события у Изгиба Галима. С тех пор как клетки открылись, прошло чуть больше трех недель. Наш план проникновения во дворец Омала целиком зависел от того, останутся ли открытыми торговые пути и будет ли охрана на границах минимальной. Из-за этого все сидели как на иголках, гадая, последует ли королева Ханан примеру султанши Вайды и перекроет ли доступ в свои земли.

Эфра сам загнал нас в тупик, а теперь имел наглость обвинять меня в попытке саботировать планы Ада из-за того, что я сдерживаю магию.

— Ты сам решил заявить о нашем существовании, выпустив на волю монстров вековой давности и уничтожив целую деревню, а теперь удивляешься, что другие правители заняли оборону? — Злость, горькая и яростная, бурлила в животе. — Похоже, в этих горах я иду за идиотами, верно?

Эфра ощетинился:

— А сколько других вариантов ты нам оставила?