После глубокого вдоха я встала перед одним из бет и медленно выдохнула дым, наслаждаясь тем, как он пытается не закашляться.

Это была действительно мощная демонстрация доминирования.

— Ты хоть раз пользовался этой пушкой, приятель?

Его бровь нервно дернулась.

Мы обе бросились на него одновременно, но прежде чем я успела обезоружить его и выстрелить ему в лицо за отказ отвечать, большие руки с запахом каштанов обхватили мою шею и оттащили меня в сторону.

— Джакс, Сэйди, Кобра, Ашер и Ксеркс. Мы в списке. Кроме того, мы привели с собой нашу семью, — прорычал Джакс.

Беты не стали спорить, они просто открыли перед нами двери.

— Вот именно. Лучше бы тебе открыть мне эту дверь, приятель, — рыкнула я на бету, с которым схватилась.

— Так, официально: ты лишена всех привилегий, — сказал Джакс, заталкивая меня внутрь помещения. — Ты должна освободить братьев прямо сейчас. Ты ведешь себя неподобающе.

Ашер подхватил летающее кресло.

Аран закричала:

— Меня похищают!

Ашер закатил глаза.

Кобра и Ксеркс толкали братьев вперед (чтобы они выглядели прилично, мы надели на них наручники и цепи), а я прищурилась на Джакса.

— Это ты так говоришь, что я некрасивая?

Джакс сузил глаза.

— Что?

— Не отвечай на это, — сказала Джесс, подходя к нему. Её иссиня-зеленые волосы были заплетены в косу, идеально подходящую к бархатному платью.

— Думаю, вам пора перестать курить эту трубку, — заметила Джала с широко распахнутыми розовыми глазами, держась за руку Люсинды.

Джинкс закатила глаза.

— Что, вам не нравится, когда две женщины ведут себя как сумасшедшие?

— Не испытывай меня, — прошептала я ей.

Джакс закрыл глаза и запрокинул голову, словно молясь богу солнца.

Улыбка до ушей преобразила лицо Кобры.

— Кошечка, ты сейчас что, зашипела?

— Сэйди, освободи братьев от своего контроля, — отрезал Ксеркс, дернув меня за волосы и недовольно простонав. — Сделай это сейчас же.

Инстинкты альфы растворились во мне, и я подчинилась.

Мгновенно сокрушительная тяжесть, вводившая меня в состояние беспамятства, рассеялась.

Мои ноги подкосились от облегчения, и Джакс поймал меня.

Я медленно перевела дух, внезапно осознав, что мы стоим на краю огромного танцпола и что я вела себя как безумная.

Вокруг было несколько десятков оборотней; они мастерски танцевали под классическую мелодию живого оркестра.

Весь потолок был стеклянным, и серое небо наверху сливалось с темнотой ночи.

Это было похоже на попадание в сказку.

Элегантность, утонченность и упадок — вот слова, пришедшие мне на ум.

Летающее кресло Аран качнулось, когда она набросилась на Ашера.

Позади меня братья Ортега лежали лицом вниз на полу (я была права, когда говорила, что оставлю их с мертвым мозгом).

Ксеркс и Кобра выглядели безразличными, волоча их по полу на цепях.

— Аран, — прошептала я, пока моя подруга слабо имитировала удар ножом в почку Ашера, а я заставляла её снова сесть в кресло. — Просто притворись на пару часов, что ты в порядке, — прошептала я, обнимая её.

Тело Аран было потным, а кристальные глаза затуманились от боли.

Её здесь не было — она потерялась в бреду, вызванном болью и лекарствами.

Ксеркс уколол её как минимум тридцатью разными иглами.

— Мы сможем убить их всех позже, — пообещала я, и она перестала вырываться. — Тебе просто нужно побыть шпионкой сегодня. Будь осторожна.

Синие глаза Аран блеснули, и она улыбнулась как сумасшедшая.

— Мы прикончим их позже?

Я понимающе кивнула.

— Когда я дам знак, просто жди.

Успокоившись, Аран расслабилась в кресле и быстро начала храпеть.

— Нам стоит беспокоиться? — Ашер с тревогой посмотрел на неё.

— Вероятно, — ответила я.

Внезапно двери позади нас распахнулись, и вошел Уоррен.

— Вы должны немедленно привести братьев к Дону. Он за главным столом, прямо на той стороне танцпола.

— Не говори нам, что делать, — огрызнулся Кобра, и Джакс рыкнул в знак согласия.

— Зачем ты вообще пошел с нами? — спросила я, в упор глядя на него. — Я думала, твоя роль — быть хорьком-извращенцем.

Уоррен тяжело вздохнул и запустил руку в волосы.

— Я же говорил, Дон поручил мне защищать девочек. Это мое первое задание. — Его раздражающе сияющая кожа блестела, пока он бросал жалобный юношеский взгляд на девчонок.

— Сколько, ты сказал, тебе лет? — спросила я.

— Восемнадцать, — пробормотал он, уставившись на свои ботинки. — Я только что сменил позицию.

— Здорово, мне тоже восемнадцать. Скоро буду проходить испытание. — Джесс улыбнулась ему так, будто нашла друга.

— А мне шестнадцать, Джале четырнадцать, а Джинкс двенадцать, — любезно добавила Люсинда, улыбаясь парню так, словно была влюблена.