Брызнула кровь, когда я швырнула его тело в стену и шагнула вперед, нанося удары до тех пор, пока он не превратился в кровавое, неузнаваемое месиво под моими ногами.

— Открывай рот, — прорычала я ему, подражая его же угрозе.

Я схватила его за челюсть и начала вырывать зубы.

Костяшки пылали самым приятным образом.

Его челюсть сломалась с удовлетворительным хрустом, зубы посыпались на пол.

— Что? Не нравится быть по ту сторону? — издевалась я, проламывая ему череп, дробя скулы и удостоверяясь, что он запомнит, кому, черт возьми, он угрожал.

Внезапно дверь распахнулась, и внутрь ворвались разъяренные альфы.

Их взгляды метались между выставленным членом Хантера, пистолетом на полу, его изуродованным лицом и моими окровавленными руками.

Их лица окаменели.

Я думала, что видела их злыми раньше, но теперь я узнала, как выглядит настоящая ярость.

Они не шипели и не рычали — они были в абсолютной тишине.

Они прошли мимо меня, и от них исходили ароматы каштана, корицы и мороза, такие сильные, будто они были в огне.

Ашер остановился рядом и обнял меня за плечи своей татуированной рукой. Он прижал меня к себе и заурчал, как альфа, пытаясь утешить.

— Принцесса, отойди от этого ублюдка, — резко прошептал Ашер, оттаскивая меня от Хантера.

Я оперлась на него, благодарная за поддержку.

Его татуированные руки дрожали, когда он ощупывал каждый сантиметр моего тела, словно отчаянно пытался убедиться, что я в порядке.

Когда он дошел до моих разбитых костяшек, он резко втянул воздух сквозь зубы.

— Всё хорошо, — прошептала я. — Я уже со всем разобралась.

— Нет, принцесса, это совсем не хорошо, — прорычал Ашер, обнимая меня еще крепче и удерживая на месте.

Я прильнула к нему, наблюдая за остальными.

Джакс заломил руки Хантера за спину.

Теневая змея соскользнула с его шеи обратно на кожу Кобры, и Хантер перестал корчиться от боли.

У Хантера не хватало половины зубов, а лицо было превращено в кашу, поэтому его слова было почти не разобрать:

— Как эта шлюха смеет трогать меня? Как ты смеешь снова распускать руки?

Кобра прошипел:

— Ты смеешь оскорблять её. — Он ударил кулаком по окровавленному лицу Хантера с такой силой, что я удивилась, как у того голова не отлетела.

— Ты тронул мою кошечку, — тихо сказал Кобра. — Ты причинил вред тому, что принадлежит мне.

Ксеркс раскрыл секс-нож.

— Вам это так просто с рук не сойдет, — кожа Хантера пошла волнами, он начал трансформироваться.

— Хватит менять облик! — выкрикнул Джакс, и сила его голоса альфы была мощнее всего, что я когда-либо слышала.

Стены содрогнулись от его слов.

На долю секунды Хантер замер.

Ксеркс не колебался: он полоснул ножом по торсу Хантера, от шеи до пупка.

Кобра запустил руки внутрь вспоротой кожи и схватил органы Хантера.

— Ты посмел пытаться принудить её, — прорычал он.

— Такие свиньи, как ты, не заслуживают жизни, — он начал вырывать органы с невероятной скоростью.

Хантер закричал.

Кобра выпотрошил его.

Джакс удерживал бьющегося альфу с ледяным лицом.

Его потрошили заживо.

Ксеркс поднял пистолет с пола и снял его с предохранителя.

Джакс отпустил Хантера, и тот упал на колени, хватаясь за внутренности, которые Кобра всё еще вырывал из его тела.

Омега подошел к своим соплеменникам. Гнев исходил от всех троих ощутимыми волнами.

Раздался громкий хлопок.

Ксеркс опустил дымящийся пистолет.

Тело Хантера обмякло; в центре его лба зияла дыра с ярко-синими краями.

Кобра продолжал вырывать органы, кровь пачкала его бледные руки, пока он кромсал тело мертвого альфы. Его глаза были широко раскрыты в безумии, он работал молча.

— Он мертв, — прошептал Джакс и обнял Кобру. — Он мертв.

Внезапно Кобра остановился и повернул голову.

Он уставился на мои окровавленные руки, на то, как Ашер держит меня и шепчет слова утешения.

Кобра прошел через комнату и протянул руку к моему лицу, но отдернул её, заметив, что с пальцев капает кровь.

— Кошечка, — прерывисто прошептал он. — Это моя вина.

Я вышла из оцепенения. Это было травматично, и всё же... странно удовлетворяюще — видеть, как твоему обидчику вырывают органы и пускают пулю в мозг после того, как ты сама превратила его лицо в кровавое месиво.

Бесплатная терапия.

Джакс рыкнул и провел руками по лицу.

— Черт, это наша вина.

Я никогда раньше не слышала, чтобы он ругался.

— В смысле? — спросила я в замешательстве.

Джакс тяжело вздохнул.

— После второго испытания, когда вы с Ксерксом... — он махнул рукой, будто не знал, как назвать наш бурный сексуальный эпизод. — Мы пошли в клуб и прижали Хантера. Мы избили его и пообещали убить, если он еще раз причинит тебе вред.

Кобра прорычал:

— Я не лгал.

Ашер глубоко вздохнул, выглядя измотанным событиями.