Стробоскопы замигали еще быстрее.

Тени изгибались и корчились над нашей сплетенной массой тел.

Я плакала, пока кончала.

Моя киска и мой зад содрогались в таких мощных волнах, что я едва заметила, как Кобра вышел и кончил мне на лицо.

Или то, как он провел пальцами по своей сперме и впихнул их мне в рот.

Джакс запрокинул голову и зарычал, изливаясь в Кобру.

Ашер укусил меня за шею, кончая в мой зад.

Сперма Ксеркса заполнила мою матку, его пальцы впились в мои бедра.

Я едва осознала, когда мужчины медленно и болезненно вышли из меня, а горячая жидкость заполнила мои отверстия.

Я не слышала нежных слов, которые говорил Кобра, вытирая липкую сперму с моего лица.

Не знаю, что сказал Джакс, когда мягко шептал мне на ухо.

Свет над нами зажегся, и диктор что-то объявил.

Я побрела на негнущихся ногах прочь с платформы.

Лица мужчин были искажены беспокойством, но я была слишком ошеломлена, чтобы волноваться. От паники кружилась голова, и с каждым шагом тело ныло, напоминая о том, что только что произошло.

Пробираясь сквозь лес движущихся конечностей, обнаженной плоти и кожи, я спустилась по лестнице к светящимся указателям туалетов.

Когда я наконец оказалась внутри, я заскочила в кабинку и заперла дверь.

Прижавшись лицом к холодной двери, я изо всех сил старалась прийти в себя.

Суровая правда о случившемся была неизбежна.

Не сам акт, а то, как я себя чувствовала во время него: это всепоглощающее чувство, которое сдавило горло и выжгло мозг.

Меня только что использовали.

Меня трахали четверо мужчин на глазах у тысяч людей.

Закрыв глаза, я стукнулась головой о стенку кабинки, наслаждаясь болью, от которой перед глазами поплыли искры.

Я была полностью, окончательно пропащей.

Потому что мне была дорога каждая секунда.

И каким-то образом это ощущалось как самое нежное признание в любви.

Глава 38. Насилие льется через край

Сэйди

После того как я, словно сумасшедшая, побилась головой о дверь туалета, я наконец достаточно успокоилась, чтобы осознать происходящее.

Я превратилась из святоши в шлюху и теперь пыталась свыкнуться с переменами в образе жизни.

Глубоко дыша, я прижалась щекой к холодной перегородке и утихомирила сердце.

Может, я и глупая, но я не тупая сука.

— Это просто член. В этом нет ничего такого, — прошептала я самой себе, пока меня тошнило в унитаз, извергая пугающее количество белой субстанции. Затем я дала себе пощечину и широко расставила руки и ноги, чтобы вернуть уверенность.

Приступ паники отступил, и я смогла увидеть свою новую реальность «шлюхи» такой, какой она была на самом деле: благословением.

— Это они, по сути,твои сучки. А не ты их, — прошептала я, боксируя со своей тенью против невидимого противника.

Воспоминания пронеслись в голове.

Я сказала Кобре, что люблю его, после того как он заявил, что я — его собственность и он мной владеет.

Боже мой, я всё-таки его сучка.

Я выучила очень важный урок: невозможно удавиться туалетной бумагой.

Я вскрикнула от фрустрации, когда чертова бумага порвалась в десятый раз именно тогда, когда я начала чувствовать нужное давление, и женский голос спросил:

— Эй, у тебя там всё нормально?

Я простонала:

— Что на свете такое же мягкое и гибкое, но легко рвется?

— Что?

— Ради бога солнца, дай мне спокойно умереть от позора шлюхи в тишине.

Дама в туалете разозлилась:

— Ой, да ладно тебе, мы оба знаем, что шлюх не существует.

Я заныла, понимая, что веду себя мелодраматично, но не в силах остановиться.

— Тогда как называть женщину, которая позволяет четырем мужчинам жестоко трахать себя и получает от этого удовольствие? — Я вздрогнула. — Очень реально и жестоко. Я не могу передать словами, насколько мне это понравилось. — Я сделала паузу. — И сколько там было насилия. — Я кашлянула. — Что бы ты там себе ни воображала, умножь это на двадцать. — Кашель стал громче. — Всё максимально пугающе.

Моя спасительница из туалета вздохнула:

— Я бы сказала, что она счастливица.

Я глубоко вздохнула и успокоилась:

— Ты даже не представляешь, как мне нужно было это услышать прямо сейчас.

Я открыла дверь, и моя спасительница уставилась на меня.

Оказалось, что женская поддержка пришла в образе женщины ростом в полтора метра, одетой в кожаный костюм с вырезами вокруг сосков.

— Ты очень мудрая, — серьезно сказала я.

— Боже мой, ты та девчонка с помоста! — Она хлопнула меня по руке с удивительной силой. — Сучка, я в жизни не видела четверых более горячих мужиков. Если они тебе не нужны, я заберу их себе.

Я рассмеялась.

Она — нет.

— Меня зовут Дженни, я живу в финансовом квартале, рядом с Третьей улицей. Скажи им, что я здесь каждые выходные.

— Э-э-э... — я поджала губы, не совсем понимая, что происходит.