— Я сказала: «если можно так выразиться», — ответила Эв, и её ноздри хищно раздулись. — Давай я объясню понятнее, раз уж ты у нас такой непроходимый кретин. Я отпускаю тебя из своей жизни. И заодно освобождаю тебя от твоей собственной. Теперь дошло?

— Хорошая девочка, — пробормотал я, а мои губы расплылись в ухмылке.

— Эв, нет! — истошно завопил Джей-Джей, яростно барахтаясь на месте. — Ты не можешь так поступить!

— Это еще почему? — вскинула она брови. — Ты ведь собирался прикончить меня, если бы зажал в одиночку в лесу, верно? Ну или позволил бы кому-то другому меня грохнуть.

— Нет, малышка! Я бы никогда не причинил тебе вреда. Я просто хотел припугнуть тебя, чтобы ты взялась за ум, вот и всё! — заискивающе затараторил Джей-Джей, не сводя испуганного взгляда с ножа в руке Эв. — Как ты думаешь, почему ты выживала здесь так долго? Это я тебе помогал!

Я презрительно фыркнул, а Эв сухо рассмеялась.

— Это был Ретт. Он вел меня по следу и защищал всё это время, — отрезала она. — Теперь я это знаю. А еще я знаю, какое ты чудовище.

— Умоляю! — голос Джей-Джея сорвался на визг, когда она занесла нож. — Не надо! Я не могу так умереть!

Эв выгнула бровь:

— Тебе больше нечего мне сказать напоследок?

— Прости меня, ладно?! Мне, блядь, очень жаль! — Из носа Джей-Джея потекли сопли, когда он разрыдался, смешиваясь с кровью на лице. — Клянусь, я никогда не хотел, чтобы всё так обернулось!

— И тем не менее, ты приложил все силы, чтобы это произошло, — ответила она ледяным, сочащимся яростью тоном. — Но эй, спасибо, что хотя бы соизволил извиниться.

— Я искренне, малышка, пожалуйста…

Челюсть Эв упрямо сжалась:

— Я не принимаю твоих извинений, Джейк. Прощай.

С этими словами она с силой вонзила нож ему в живот.

Отсутствие опыта сразу дало о себе знать: лезвие зацепило кость с едва слышным скрежещущим звуком. Залитый агонией крик Джей-Джея резко оборвался, когда воздух со свистом вылетел из его легких, а на смену ужасу пришел дикий шок. Очевидно, он до самой последней секунды не верил, что Эв способна на подобное насилие. Не верил, пока сталь не пробила его плоть.

— Пожалуйста, — прохрипел он, задыхаясь. — Х-хватит. Мне… ж-жаль.

Рука Эв крупно дрожала, нож покачивался в ране, пока она пыталась протолкнуть его глубже. Металл не поддавался, и она с глухим рыком выдернула клинок обратно; её лицо превратилось в маску глухого раздражения и растерянности.

— Твою мать, — пробормотала она. Её грудь прерывисто вздымалась от тяжелого дыхания, а глаза намертво приковал след на его животе, над которым подрагивало острие. Я видел это по её лицу — секундное колебание начало брать верх над решимостью, закрадываясь в её ярость.

— Эв, — я сделал шаг ближе. — Не позволяй ему сбить тебя с толку своими фальшивыми соплями. Ему не было жаль, пока его не прижали к стенке.

Она резко повернула ко мне широко распахнутые глаза, в которых паника боролась с решимостью.

— Я… я не могу…

— Можешь, — твердо отрезал я, опускаясь на корточки рядом с ней. — Вспомни, что он с тобой сделал. И что собирался сделать, если бы нашел одну.

— Да нет, я в чисто физическом смысле… не могу, — поморщилась она. — Я хочу, но это, блядь, сложнее, чем я думала. Руки ходуном ходят, и я, кажется, в ребро попала. Нож просто… просто не идет внутрь нормально.

— Я помогу. — Мои ладони накрыли её пальцы на рукояти, унимая дрожь. — Ты хочешь, чтобы всё закончилось быстро? Или пусть эта мразь помучается?

Она тяжело сглотнула:

— Я…

Пока она колебалась, я наклонился и коснулся губами её шеи.

— Не стыдись своих желаний, малышка, — вкрадчиво прошептал я. — Это абсолютно нормально, если ты хочешь, чтобы ему было больно. Тебе нужно просто сказать это вслух.

Она сделала глубокий вдох и вздернула подбородок:

— Я хочу, чтобы ему было больно, — сказала она. — Я хочу, чтобы он прочувствовал всю ту боль, которую причинил мне и другим девчонкам.

Сдавленные протесты Джей-Джея достигли апогея — слова путались, превращаясь в панические, бессвязные мольбы, но я полностью их игнорировал. Губы Эв приоткрылись, дыхание стало частым и рваным, пока я направлял её руки.

— Если целиться вот сюда, — пробормотал я, фиксируя кончик лезвия в строго определенной точке, — сталь пройдет прямо сквозь диафрагму. Быстрый, чистый разрез там вместе с печенью вызовет пневмоторакс. Он не сможет нормально дышать, будет хватать ртом воздух, пока кровь заполняет брюшину. И это будет адски, просто адски больно.

Это была мучительная смерть, но легкого финала Джей-Джей точно не заслужил.

Эв упрямо сжала челюсть и кивнула:

— Я готова.

Под нажимом моей руки она резко подалась вперед, и на этот раз лезвие плавно, как по маслу, рассекло плоть и мышцы.

— Хорошая девочка, — шепнул я ей прямо в ухо. — Идеально.