По мере подъема тропа становилась всё круче, а деревья редели, открывая вид на темные лоскуты ночного неба. Ретт перехватил мою ладонь, помогая перешагнуть через каменистый уступ; его прикосновение было теплым и уверенным, и внутри у меня всё привычно перевернулось — точно так же, как происходило каждый божий раз, когда он брал меня за руку.

На самой вершине холма лес расступился, выводя нас на просторную поляну. Прямо впереди угадывался край обрыва, а за ним бесконечной чернильной тканью, усыпанной звездами, простиралось небо.

— Вау, — выдохнула я, завороженная этим видом.

— Потрясающе выглядит, да?

Ретт подвел меня ближе к краю утеса, где на земле уже было расстелено плотное, мягкое покрывало, придавленное по углам тяжелыми камнями, чтобы его не унесло ветром.

— И кто его здесь оставил? — спросила я, опускаясь на плед и удивленно вскинув бровь.

— Должно быть, ребята постарались чуть раньше, пока мы были в лесу, — ответил Ретт.

— И после этого сами не пришли, — я нахмурилась. — Всё-таки это жутко странно.

Он не ответил. Просто нагло ухмыльнулся и поднял глаза к небу.

Прямо над нами первая яркая полоса света прорезала ночную высь — метеор безмолвно промчался сквозь темноту.

Мы в немом восторге наблюдали за тем, как за ним посыпались другие, и каждый оставлял после себя мимолетный, ослепительный росчерк. Спустя какое-то время Ретт шевельнулся рядом со мной, запуская руку во внутренний карман куртки. Я машинально проследила за его движением, и мое сердце на секунду замерло, когда он извлек оттуда маленькую черную коробочку.

— Эв, — заговорил он, поворачиваясь ко мне лицом. — Я любил тебя посреди безумия и беспросветной тьмы, и я буду любить тебя сквозь вообще всё, что бы нас ни ждало впереди.

У меня перехватило дыхание, когда он щелкнул крышкой. Внутри покоилось изящное кольцо, центральный камень которого вспыхивал в темноте, точно пойманная звезда.

— Ты выйдешь за меня замуж? — спросил он низким, охрипшим от нахлынувших чувств голосом.

Слезы мгновенно застлали мне глаза, пока я смотрела на него — мужчину, который выслеживал меня, боролся за меня и прошел со мной рука об руку через весь этот ад.

— Да, — прошептала я, и мой голос слегка надломился. — Да!

Медленная, искренняя улыбка озарила его лицо, когда он скользнул кольцом по моему пальцу. А затем он резко притянул меня к себе, сжимая в крепких объятиях.

На какое-то мгновение под этим расцвеченным падающими звездами небом показалось, что во всей вселенной остались только мы двое. Ретт прижимал меня к себе, и его губы едва коснулись моего уха, когда он негромко прошептал:

— Ты знаешь, я никогда не переставал преследовать тебя, Эв. И никогда не перестану.

Я улыбнулась, уткнувшись ему в плечо и сжимая пальцами ткань его рубашки:

— Вот и отлично, — выдохнула я ему в ответ. — Потому что я всегда буду позволять тебе поймать меня.

КОНЕЦ