«Хентай в моем вкусе», — пишет RogerThat. Я видела этого пользователя раньше и почти уверена, что это женщина. Ее комментарии куда менее грубые, чем у остальных, и в том, как она выражает свое вожделение, есть нечто такое, что свело бы с ума любую девушку. Ни один мужчина на такое не способен.

«Для кого приберегли эту невинную маленькую щелку?» — вклинивается Cling2MeNicely. «О, какое предвкушение!» Он тоже из завсегдатаев, и его ник вполне его характеризует. Он мало просит, ведет себя вежливо и часто присылает токены.

Большинство пользователей уже смирились с тем, что им не попасть в число финалистов, но я время от времени балую некоторых из них, чтобы подстегнуть ставки. Пока токены звенят, а имена пользователей проносятся быстрым потоком данных, за которым трудно уследить, комментарии становятся все гнуснее — зрители прячутся за тем, что считают анонимностью.

Чего они не знают, так это того, что мой глаз достаточно наметан, чтобы выхватывать имена. Особенно теперь, когда я полна решимости выяснить, кто из них тот кусок дерьма, что прикончил дюжину человек в моем доме.

Конфетти и праздничные аплодисменты взрывают экран после жирного пожертвования от ForkingPathdog24. Я подаюсь вперед, чтобы запечатлеть поцелуй на объективе камеры, подмигиваю и складываю свой фирменный знак сердечка, а затем медленно ввожу в кадр первую игрушку.

При виде огромного вибратора токены зазвенели с неконтролируемой скоростью, бешеное предвкушение пользователей отозвалось дрожью во всем моем теле.

Это — их кибер-стояки и их похоть — заводит меня так, что я больше не могу этого отрицать. Я порочно улыбаюсь, представляя, как говорю это клирику Уорду на исповеди. Признаюсь ему, насколько я на самом деле испорчена и как мне начало нравиться это — порабощать извращенцев.

Я провожу пальцем по искусственному члену, сверху вниз, прослеживая толстую вену на его нижней стороне. Вещь выглядит поразительно реалистично; я купила ее в хентай-интернет-магазине, о котором много говорили в сети. Другие любители хентая были в восторге от их товаров, а их соцсети выглядели убедительно.

Я заказала самый большой размер, так как была уверена, что буду использовать его только для того, чтобы дразнить кучку извращенцев онлайн. Я все еще планировала отдать свою невинность реальному парню, желательно «сыну Ордена» — это бы серьезно подорвало репутацию Бобби, даже если бы меня стали считать потаскухой. Это был единственный выход, иначе я рисковала стать подстилкой собственного отчима.

HornyDogg666 хочет, чтобы я смазала этот огромный член кремом, и я использую для этого обе руки. Я обхватываю ствол у основания, приоткрывая рот в притворном шоке, а затем хихикаю, прикрывая лицо ладонью. Удерживая махину одной рукой, я медленно поглаживаю ее другой, всячески демонстрируя, что мне нужны обе ладони, чтобы просто обхватить эту штуку.

Не нужно быть гением, чтобы понять: рано или поздно они заставят меня его облизать, так что для смазки я использую взбитые сливки. Как и ожидалось, именно об этом следующим просит HornyDogg666, но его ставку перебивает IronScissors. После того как поздравительное конфетти осыпает экран, он требует, чтобы я потерла эту штуку между грудей. Он хочет видеть эту «большую плохую игрушку» на моем маленьком теле.

Я подчиняюсь, прижимаясь своей перевязанной красным бантиком киской к стулу и имитируя поиск удовольствия; я отклоняюсь назад и просовываю фаллос между грудей. Две перекладины на спинке стула частично перекрывают обзор, что только подливает масла в огонь их предвкушения. Поразительно, какой опыт в привлечении и удержании внимания нарабатываешь, занимаясь подобными вещами.

Но IronScissors, похоже, недоволен. Он вбрасывает еще больше токенов и требует, чтобы я приподнялась над стулом, так им будет лучше видно. Я уже собираюсь подчиниться, как вдруг звенит еще один токен. Я замираю, мои глаза широко распахиваются.

Это огромная сумма, втрое превышающая ставку IronScissors. Любезность от HornyDogg666.

«Как насчет того, чтобы ты оставалась на месте и залила этот стул своими сливками?» — пишет он.

Я медленно опускаюсь обратно, одной рукой прижимая искусственный член к груди, сводя локти у туловища, чтобы сжать их как можно плотнее. Медленно я опускаю свободную руку к своей киске и оставляю ее там, надув губы перед камерой. Я никогда не разговариваю в онлайне. Мое общение — это мимика и иногда эмодзи, и до сих пор этого всегда хватало, чтобы донести посыл. Даже такой сложный, как: «Мне нравится дарить вам ваши грязные маленькие удовольствия, но просто так это не прокатит». Сейчас, касаясь красного бантика, я говорю: «Это главный приз ночи, и потребуется нечто большее, чтобы вы получили полное зрелище».

Снова звенят токены, и все — от IronScissors. Мужчина, как выясняется из его следующего комментария.

«Покажи нам ее. Заставь наши члены дергаться».