Хотя, учитывая ужасную удачу Джадрена, он скорее всего снова был бы растерзан и потерял бы эту штуку. Ему придется придумать, как сделать новый прибор, если этот потеряется. Он определенно не хотел оказаться в том положении, когда ему придется возвращаться к матери и просить еще один.

Наконец поверив, что Селия выспится, и с ней все будет в порядке, если он оставит ее одну на некоторое время, он отправился умыться и поискать одежду. Им нужна была еда, а еще узнать, куда делся Вейл. Селия, возможно, нашла в себе силы — Джадрен не знал, как она это сделала — занести сбрую коня внутрь, но он сомневался, что она смогла бы его вычистить. Надеюсь, он не убежал.

Если подумать, как Селия оказалась верхом на лошади Габриэля? И как она нашла Джадрена? Конечно же, Фел не одобрял это безрассудное занятие. На самом деле он обещал Джадрену, что позаботится о том, чтобы Селия осталась в его доме. Джадрен фыркнул. Отличная работа, лорд Фел.

Это, без сомнения, была безумная, непродуманная и приводящая в ярость история. Как ни странно, но он обнаружил, что ему не терпится услышать обо всем происшедшем от Селии. Бросив на нее последний долгий взгляд, он вышел, чтобы оценить их ситуацию.

Может быть, они и не совсем облажались, но он в этом сомневался.

Глава 12

Селия проснулась одна в незнакомой постели, залитой поздним утренним светом, одетая только в нижнее белье Офиэль.

Последнее, что она помнила, это как она бродила по болоту своих грез, наслаждаясь мирной красотой этого места, не омраченного обессиливающим туманом безумия. Джадрен был там целый и его «я» из сна тоже было там.

Она резко села. С любовью сделанное вручную одеяло в виде обручальных колец упало. Как она оказалась в кровати? Она отчетливо помнила, как легла рядом с искалеченным телом Джадрена на брезент, чтобы не испачкать постельное белье незнакомых хозяев.

Если она запачкала кровью все белое белье, то ей уже никогда не отстирать его. Бытовая магия никогда не была ее сильной стороной. Возможно, потому что она была фамильяром, впервые осознала она.

Ник рассказала ей, что многие жители Мересина были волшебниками, способными использовать магию воды, чтобы высушить свои дома и поля в условиях заболоченной местности, и, вероятно, постирать постельное белье так, что оно выглядело как новое.

Но на простынях не было пятен, хотя на ней самой осталось много следов засохшей крови. Все те пугающе глубокие раны, полученные ею в битве с охотником, затянулись, словно их никогда и не было.

Синяки от ее падений на усыпанном камнями кладбище тоже исчезли. Она чувствовала себя… довольно хорошо. И ее волосы. Они рассыпались вокруг нее, снова достигая талии, как будто их никогда не отстригали во время церемонии соединения.

Джадрен. Вероятно, это сделал он. Ее план сработал!

Отбросив одеяло, она вскочила с кровати и обнаружила, что кто-то — надеясь, что Джадрен — оставил ей кувшин с водой и мылом, чтобы она могла умыться, благослови Господь. Она также ловко сняла простыни. Найдя чистый комплект в сундуке у стены, она снова заправила постель. Позже она отстирает грязные.

Услышав звук шагов, она вбежала в главную комнату коттеджа — как раз в тот момент, когда туда вошел Джадрен.

Он остановился, держа руку на дверной ручке с застывшим выражением лица, пока эмоции не проявились на нем, мимолетные, в такой быстрой последовательности, что она не могла распознать их все. Ее сердце заколотилось, словно оно каким-то образом вторило его сердцу, и узнавание растеклось в пространстве между ними.

Он выглядел хорошо, к ее огромному облегчению. Идеально, даже слишком, с его рыжими волосами, аккуратно подстриженной бородой, волшебными черными глазами, пристально смотрящими на нее, с магией, витающей в воздухе, щелкающей, как хорошо смазанные шестеренки. Он был одет в простую рабочую одежду простолюдина, но выглядел совсем не заурядно.

Его взгляд опустился, неторопливо осматривая ее с головы до ног и обратно, прежде чем встретить ее взгляд. Он насмешливо поднял брови и искривил свои тонкие губы.

— Все еще пытаешься соблазнить меня, куколка?

Когда-то ее, возможно, смутил бы язвительный тон, но теперь она знала, что это не так. Эротическое напряжение пронеслось по ее связи, вторя ее напряжению, повторяясь и усиливаясь.

— Зачем, — ответила она тем же тоном, — планируешь снова накачать меня до бесчувствия?

— Должен был, поскольку сообщение явно не дошло с первого раза. — Он закрыл за собой дверь и подошел к ней, ее кожу покалывало от осознания. И тоски. — О чем, во имя темных сил, ты думала, преследуя меня? Кажется, я специально приказал тебе этого не делать!

— Я думала, что спасаю твою жалкую жизнь! — парировала она. Джадрен умел вызывать ее гнев, как никто другой, и все же она чувствовала головокружение от того, что снова сражалась с ним. — Не за что, кстати.

— Мне не нужно благодарить тебя, потому что я спас твою в ответ, — прорычал он, — чего мне не пришлось бы делать, если бы ты осталась на месте, как тебе было сказано.