Ответ: оба варианта ужасны для того, кто оказался в ловушке любого из них.

Джадрен попытался спрыгнуть со спины Вейла, чтобы 1) остановить кошмарную агонию любой ценой, 2) вернуться к Селии и хоть как-то помочь, 3) вернуть себе контроль над своей глупой жизнью. Не обязательно в таком порядке.

Однако именно здесь езда на высококвалифицированном боевом коне противоречила интересам Джадрена. Вейл удерживал Джадрена на месте, даже когда мерин мчался на максимальной скорости сквозь хлещущие ветки и колючие заросли подлеска.

Конечно, не помогло и то, что усилия Джадрена вырваться напоминали усилия выпотрошенной рыбы, оставленной бесполезно хлопать жабрами в воде глубиной по ноготь. Видимо, потеря большей части массы тела лишила человека возможности делать то, что может делать младенец, например, поднимать голову.

Наконец, Вейл остановился. После многочисленных усилий Джадрену удалось соскользнуть с Вейла — к счастью, ногами вперед — и рухнуть в какие-то заросли терновника. Пригодились хорошие манеры Вейла, так как мерин не наступил на него, что потребовало определенных усилий, и тут же вернулся, чтобы ткнуться носом в лицо Джадрена с лошадиной заботой.

В этот момент Джадрен полностью осознал свою глупость. Он не мог вытащить себя из этих колючек, не говоря уже о том, чтобы вернуться и помочь Селии. Однако… он мог послать ей более способную помощь, чем свою.

— Иди за Селией, — сказал он лошади, что прозвучало как «хун хент шшлах», учитывая тот факт, что колючки застряли у него в рту и их невозможно было вытащить.

А потом он потерял сознание.

* * *

Селия настороженно посмотрела на главного охотника. Почему зачарованная стрела не расплавила существо, как это было с другими? Был ли охотник неуязвим только к стрелам с наконечниками из особого лунного серебра Габриэля, или ко всему зачарованному серебряному оружию? Одно было ясно: она не спустится со своего безопасного места, чтобы узнать.

Она только надеялась, что Вейл вытащил Джадрена. Нет смысла рассматривать другие возможности. Все волшебники Ханнейл были мертвы, как и все охотники, кроме одного охотника и ее. Если бы она могла уничтожить оставшегося охотника, даже если он убьет ее в процессе, это было бы лучше, чем позволить ему выследить Джадрена.

Также был вариант подчиниться его требованию уйти по-тихому. Это могло бы сработать так же хорошо, чтобы отвлечь его от Джадрена. Тогда она могла бы стать той, кто благородно пожертвует собой ради него, и посмотрим, насколько ему это понравится. Ей пришло в голову, что отомстить Джадрену, разрушив свою собственную жизнь, может быть, и бессмысленно, но победа есть победа, верно?

Она начала говорить как Джадрен.

— Леди Сессилия Фел, — снова прошипел охотник, — ты добровольно пойдешь со мной.

— Куда пойдем? — крикнула она вниз, готовя еще одну стрелу. Может, та стрела была бракованной.

— Личность моего работодателя тебя не касается, фамильяр. Ты спокойно пойдёшь со мной.

— Я так не думаю. — Она выпустила стрелу, вонзив ее в глаз существа, когда оно посмотрело на нее. Тени стали глубже с наступающей ночью, но она все равно попала в цель.

Он даже не вздрогнул. Вместо этого он просто крикнул ей.

— Я же сказал, что расправа со мной не будет легкой для тебя. — Он двинулся к дереву, терпеливо, как крадущийся кот, и, по-видимому, его не беспокоили торчащие из него стрелы. — Ты с удовольствием пойдешь за мной.

— Ты не блестящий собеседник, не так ли? — Селия оглядела дерево над собой, подавляя желание забраться повыше, когда существо приблизилось. Ее прежнее хладнокровие во время битвы растаяло и улетучилось, оставив вместо себя панику.

Над местом, где она сидела, ветви быстро редели, деревья в этом регионе не очень высокие и менее крепкие, чем те, что были у нее дома. Кроме того, не было подходящих кандидатов, чтобы перепрыгнуть на них. Она была привязана к дереву, как дикая кошка с западных болот.

Заставив себя думать, не обращая внимания на панику, она пристегнула лук обратно к плечевому ремню, убрав пару стрел обратно в колчан. У нее все еще был хороший запас и они, без сомнения, пригодятся в будущем, несмотря на то, обладают они свойством плавить охотников или нет.

— Мои слова ссслужат моей цели, — ответил охотник, остановившись у основания дерева и взглянув вдоль ствола. — Спускайся спокойно.

— Или что? — язвительно сказала она. — Мне кажется, мы в тупике. Ты слишком тощий, чтобы стащить меня с этого дерева, а я не спущусь ни мирно, ни как-то еще.

Казалось, он что-то обдумывал, хотя охотники, как известно, не обладают большой способностью думать. Этот отличался во многих отношениях. Как он мог быть невосприимчив к зачарованному серебру? Она попыталась вспомнить уроки Ник.