Не было ни одной его части, которая не была бы повреждена, и она хотела оказаться подальше от зловещего утеса и того, кто это с ним сделал. Джадрен в конце концов исцелится, но только не в том случае, если нападавшие выберут более тщательный подход к его уничтожению.

Она повела Вейла в сторону, не имея в виду никакой цели, кроме «как можно дальше», и шла рядом с мерином, держа руку на плече Джадрена на случай, если он начнет соскальзывать, что означало, что они двигались совсем не быстро.

Где-то в глубине ее измученного мозга промелькнула мысль о том, что ей следует определиться с местом назначения. Но что это будет? Все это время она планировала вернуть Джадрена в Дом Фела, но вряд ли она смогла бы довезти его туда на спине Вейла с такой скоростью.

Хотя… почему бы и нет? Джадрен ведь не был обычным человеком, которому нужно как можно скорее исцелиться, иначе он умрет. Если уж эта смертельная ловушка из камней и костей не убила его, не говоря уже об обезвоживании и частичном поедании воронами, то возможно, ничто и не сможет, особенно если он продолжит упорно отказываться от ее магии.

Главный недостаток заключался в том, что несколько дней медленного путешествия в его состоянии были бы мучительны. И хотя она знала, что он и так перенес чрезмерные мучения, она не могла заставить себя причинить ему еще больше боли.

Если Джадрен и дальше будет отказываться принимать ее магию, единственным выходом станет поиск магического целителя. Маг из Рефоэля не нуждался бы в помощи Джадрена или даже в его сознании, чтобы исцелить его. И ей казалось, что Дом Рефоэля должен быть где-то поблизости.

Она в очередной раз укорила себя за то, что не знает территории Созыва. При первой же возможности она планировала выучить карту. Если она знала болота достаточно хорошо, чтобы ориентироваться в них в темноте и мраке, то могла бы выучить и линии на карте Созыва.

Порывшись в памяти, она вспомнила, что Аса приехал в Мересин из дома Рефоэлев, и это было совсем недалеко. Они с Ларин подвезли Сейдж и Куинн Байсанов, и кто-то говорил, что дом Байсана находится на землях Рефоэля.

Она была уверена, что остальные говорили о Доме Рефоэля как об исключении из обычного правила политики Созыва и жестоких порядков Высшего Дома. Целители придерживались иных этических стандартов.

Селли была уверена, что они помогут Джадрену и ей в том числе, кем бы они ни были.

Если не возвращаться в Дом Фела, она не смогла бы придумать другого места, где можно было бы найти подобное убежище. Или, если не настоящее убежище, то хотя бы не бросаться из огня да в полымя. Может быть, Рефоэль даже пошлет посыльного Рациэля в Дом Фела.

Возможно, придется поторговаться, заплатить за оказанные услуги. Ник, естественно, вела такие переговоры от имени Дома, и Селли, наверное, тоже следовало бы научиться этому. Она понятия не имела, о чем идет речь, и кто вообще может определить, что считать справедливым. Если она сделает все неправильно, то в итоге это может влететь Дому в копеечку, а они и так не могли себе этого позволить.

Может быть, поход в Дом Рефоэля был не такой уж хорошей идеей и ей следует просто взять на себя обязательство тащить бессознательного Джадрена обратно в Мересин. Теперь она просто колебалась, и это ни к чему хорошему не приведет. Ей пришло в голову, что, возможно, она слишком устала, чтобы мыслить здраво.

Вейл ничего особенного не посоветовал, когда она спросила его мнение, и лишь согласно кивнул головой в ответ на оба варианта. Вряд ли они доберутся туда этой ночью, даже если ей удастся выяснить, в каком именно направлении находится Рефоэль.

Ей нужно было разбить лагерь и позаботиться о Джадрене, как можно лучше вправив ему кости. Может быть, заняться его сапогами и ступнями, хотя при мысли об этом ее начинало подташнивать.

Она должна была найти подходящее место. Проточная вода — было бы неплохо смыть с них кровь, укрытие, может быть, костер, хотя бы для душевного комфорта, ведь ночи в этих краях были теплыми.

Заметив через некоторое время козью тропу, ведущую вверх по лесистому холму, она направила на нее Вейла, надеясь найти возвышенность с хорошим обзором, где можно было укрыться. Склон заставлял ее мучительно ощущать боль в мышцах ног, которая, казалось, отдавалась во всем ее ушибленном теле. Это ничто по сравнению с тем, что испытывает Джадрен, напомнила она себе.

— Беда, — прошептал Джадрен.

Она почти не услышала его, решив, что хриплый звук — это стук гравия или шелест ветра в низкорослых соснах, но в тот же миг связь пронзила ее, вызвав приступ тревоги, не принадлежащей ей. Она замерла, и Вейл мгновенно уловил ее реакцию.

Кто-то шел за ними. Несколько человек, судя по тому, что магия, проникающая в ее чувства, имела незнакомый привкус. Еще один аспект ее огромного невежества — она знала так мало видов магии.