Ниже всю страницу занимал искусный портрет.

Женщина, опустившись на одно колено, держала Королевского мага за светлые кудри. Из его живота торчал костяной кинжал. У неё была длинная каштановая коса, на бронзовом лице резко выделялись шрамы, а на плече сидела сова-эльф.

Неужели на полу и вправду было столько крови? Тот день — день, когда я пленила Тарантула, — до сих пор стоял перед глазами, словно вчерашний.

Маршал сделала всё официальным. Газету читал каждый солдат в ангаре. Теперь весь Вестмир знал нашу грязную историю.

Оцепенев от потрясения, я едва заметила, как тот самый ублюдок вырвал газету у меня из рук; цепи пленника звякнули.

Я невидящим взглядом смотрела в дальний конец ангара.

Тарантул навис надо мной в белой балаклаве. — Ты… — Он шумно вдохнул, и изо рта вырвалось серебряное облачко. — Ты, — поправился он уже современным слогом и с тихой угрозой, — позировала художнику вместе с моим бесчувственным телом?

— С бесчувственным телом уродливой шлюхи, — ухнул Сквайр (помогло).

Магический ветер хлестнул мне в лицо, обжигая глаза. Солдаты в алом попятились, переводя взгляды между нами, как будто перед ними были дикие звери.

— Лучше бы я тебя сразу убила, — искренне сказала я. Ради Авроры.

— Как ты смеешь, Равенал. — Тарантул шагнул ближе, поднимая скованные руки.

— Нет — это ты как смеешь.

Сквайр качнул головой. — Как мы смеем?

Тарантул схватил меня за косу и с силой швырнул на пол. Сквайр, хлопая крыльями, отлетел, а я вцепилась в противника, нанося удары. Стеклянный кувшин с водой на соседней скамье разлетелся вдребезги, и Тарантул перекатился, накрывая меня собой и защищая от осколков, разлетевшихся по полу. Чёрт, моя магия.

Отбиваясь ногами, я вырвалась из его захвата и спрятала руки. Выбежала из ангара в пустыню. Холодный регулятор был заткнут за тесную ткань спортивного лифчика и прижимался к груди.

Над головой, паря в небе, каркнул Сквайр.

Я бежала по дюнам, взметая песок, и во всё горло кричала от отчаяния. Срединные земли были дрянью, а Задание — невыполнимым. Моё везение иссякло. Пот стекал по шее, пока я то бежала, то едва не падала лицом вперёд, карабкаясь по дурацкому песку и мечтая, чтобы он превратился в заснеженную гору. Мне нужны были сноуборд и несколько часов одиночества в лесу.

Нет, тебе по-прежнему везёт. Ты с ним справишься…

БУМ! Тарантул врезался в меня сзади, сбивая вниз по дюне. Мы покатились, его грубые руки обхватили моё горло. Но он не сжимал его, а просто… держал?

Я ударила его коленом по яйцам. Он крякнул и выругался. Пока мы кувыркались дальше, я молотила кулаками по его почкам. Он стиснул мои запястья так, что наверняка останутся синяки. Я резко боднула его головой, но он едва успел увернуться. Наконец мы остановились.

Я выгнулась, пытаясь его сбросить.

Он железной хваткой прижал мои руки над головой; пальцы дрожали от ярости.

Он распластался на мне. Наши груди, бёдра и ноги тесно соприкасались. Где заканчивается он и начинаюсь я? От него исходил яростный жар, палящий сильнее солнца. Между нами гулко отдавался частый стук, и мне понадобилась секунда, чтобы понять источник: наши сердца бешено колотились в унисон.

Его лицо зависло над моим, глаза сузились. — Садистская девка, — выплюнул он, разглядывая меня так, будто планировал казнь, и не отпускал, прижимая к горячему песку.

— Паук, — холодно ответила я, слишком отчётливо чувствуя, как между его ног наливается твёрдость и давит мне между бёдер.

Будь он проклят.

Резко усмехнувшись, он ещё сильнее прижал мои запястья к песку и дразняще качнул бёдрами. Томительная пытка. У обоих вырвались сдавленные гортанные стоны. Дрожь пробежала до кончиков пальцев ног.

В местах соприкосновения наших ног вспыхнуло добела раскалённое удовольствие и растеклось по телу. Обтянутые тканью губы зависли над моими, мятное дыхание щекотало кожу. Его зрачки расширились.

— Что ты… делаешь?

— Что же ты такое? — хрипло спросил он. К земле меня прижимало его жилистое, напряжённое тело, полное опасной силы. Казалось, он пытался забраться мне под кожу. Я должна причинять ему боль. Я высоко выгнула спину. Мне отчаянно не хватало трения.

— Что всё это значит? — Я запрокинула голову.

— Ты несёшь погибель. — Его грудь тяжело вздымалась, прижимаясь к моей. — Ты — высшее из искушений. Ни одна женщина не испытывала мужчину подобным образом. Твой буйный нрав… — Он отвернул голову и уткнулся лицом мне в шею, шумно втягивая воздух. — Это порочно. — Сдавленно зарычав, он с силой прижался к моей пылающей промежности и потёрся о неё сквозь ткань. — Я тебя ненавижу.

Между ног свело от удовольствия, и я согласно кивнула. Ненависть взаимна. Он гортанно выругался себе под нос.

Из горла едва не вырвался всхлип. Я подавилась им и с трудом сглотнула ком тошнотворной ненависти к себе.

Твоё Задание.