[1] Дренирование (англ. drain; осушать, дренировать) в медицине — непрерывное удаление с помощью медицинских дренажных инструментов жидкого содержимого из ран, внутренних полостей тела и т. П.

[2] Спринцовка как инструмент (устар. шпринцовка) — медицинский инструмент, а также используемый в технических работах для подачи или откачки, предназначенный для спринцевания (промывки, орошения).

Глава 28

По иронии судьбы, нас доставляют именно в ту клинику при университете, где я училась и работала до встречи с Адамом. Вот и столкнулось мое прошлое с настоящим…

Вертолет опускается на крышу здания, я начинаю испытывать легкое, непонятное волнение. Мгновенно появляется желание сбежать куда глаза глядят, но только не входить туда, где, каждый уголок будет напоминать о том, какая глупая и наивная я была.

А что теперь?

За последние полгода меня дважды похитили: за первого из бандитов я вышла замуж, второй оказался родным дядей, который больше всего на свете желал убить меня, лишь бы не отдавать наследство, на которое я и так не претендовала!

И вот теперь меня, «контуженную» во всех смыслах этого слова, и раненого Адама привезли в больницу, где я исполняла свои детские мечты: спасала жизни людей в память своих погибших родителей, которые не погибли в автокатастрофе, а по факту оказались убиты Клиффордом Россом! Со стороны кажется, что я попала в ночной кошмар. Но нет, это суровая реальность моих будней. Ах, да, еще забыла добавить, что мой драгоценный, горячо любимый супруг использовал меня в своих целях!

Немигающим взглядом наблюдаю, как медицинский персонал выгружает Адама, и направляюсь следом за ними к лифту, который спустит нас в нужное отделение. Вежливая медсестра предлагает мне сесть в кресло- каталку, но я тактично отказываюсь. В этой ситуации осталось только, чтобы меня еще, как не способную ходить. везли в инвалидном кресле! Физически я в порядке, поэтому пойду сама. Мы вынужденно молчали все время полета, но я то и дело, бесстрастно ловила на себе изучающий взгляд Адама. Несмотря на его состояние, я видела, что он думает о чем-то важном, осмысливает и явно строит планы.

Когда двери лифта открываются и мы оказываемся в длинном коридоре, нас сразу же передают в руки персонала клиники. Я низко опускаю голову, прижимая подбородок к груди, чтобы как можно меньше людей могли узнать меня. Слава Богу, сотрудников здесь огромное количество, плюс текучка, поэтому бывают случаи, хоть и редкие, что не все знакомы друг с другом в лицо. Надеюсь, мне повезет.

— Белла?! — Инстинктивно поднимаю голову, о чем мысленно себя ругаю. Блин! — Привет! — Саманта, моя хорошая знакомая из отделения гинекологии, взволнованно улыбаясь подходит ближе. — Что случилось?

Медбратья везут недовольного Адама на каталке, он пытался встать, но мы уложили его обратно: с таким ранением ему нужен покой. Я быстро шагаю рядом, и Саманта подстраивает свой шаг под нас.

— Привет, — стараюсь держаться дружелюбно. Мои губы так пересохли, что от улыбки нижняя трескается. Вытираю мгновенно проступившую капельку крови, кожа противно щиплет. — Долгая история… — бросаю на нее многозначительный взгляд.

Не могу же я ей рассказать всю правду?..

Адама доставляют в отделение интенсивной терапии и первым же делом приступают к осмотру, естественно, не допуская меня внутрь. Несмотря на отказы и заверения, что со мной все в порядке, меня тщательно осматривают и заставляют сдать анализы. Саманта уходит, но обещает, что еще вернется немного позже, так как сейчас у нее начинается обход. Девушка была искренне обеспокоена нашим состоянием.

Спустя примерно час врач выходит из отделения, где лежит Адам в одиночной палате, заставляя меня, вышагивающую вдоль дверей, остановиться.

— Вы супруга пострадавшего? — Он скептически осматривает меня. — Прошли обследование?

— Белла Коулман, — утвердительно киваю, представляясь мистеру Бенедикту Макконахи, как написано на его бейджике. — Да, сэр, прошла.

— У вас знакомое лицо. — Он переводит взгляд с меня на какие-то записи в руках. Скорее всего, это анализы Адама.

— Я работала тут какое-то время, — честно отвечаю на его комментарий.

— Почему уволились? — Доктор продолжает рассматривать записи.

— Ну-у… — Хочу сказать ему, что: меня похитил мужчина, которого он только что осматривал, но спокойно произношу: — Вышла замуж.

— Понятно. — В его голосе так и сквозит осуждение, что променяла медицину на мужчину. Понимаю, сама того же мнения, но выбора у меня особо не было. — В общем, что хочу сказать: по анализам все довольно-таки неплохо, помощь была оказана вовремя, жизни его, соответственно, ничего не угрожает. Какое-то время понаблюдаем, возможно, мистеру Коулману придется на пару дней задержаться у нас, потом будем выписывать. Первостепенное значение имеет отдых и меньше нагрузки. — Он поднимает на меня лицо, поправляя очки. — Ну вы и сами это знаете. Можете зайти к мужу, он ждет, — подытоживает врач, а я облегченно выдыхаю.

Он будет в порядке! Спасибо, Господи!