Не веря своему счастью, я уже битый час рассматриваю снимок УЗИ, сидя на лавочке в живописном парке возле клиники, где веду беременность. Мой округлившийся живот растет не по дням, а по часам. Каждый раз, проходя мимо зеркала или витрины, останавливаюсь и не веря, что это я: разглядываю свое пузико.

Нужно придумать ей имя. Интересно, какой она будет? На кого будет похожа? Какого цвета будут глазки? Сердце замирает при вспоминании о черных глазах ее отца…

А какой у нее будет характер? Пожалуйста, только не в него!

Не знала, что так сильно можно любить еще не родившегося малыша. В голове крутится столько вопросов, что я не знаю, как дотерпеть до родов, чтобы поскорее познакомиться со своей девочкой! Из приятных размышлений меня вырывает мелодичный звонок мобильного телефона. Вытаскиваю его из своей сумочки, на экране высвечивается «Бабушка».

После того как я ушла от Адама, естественно, первым делом поехала к ней. Я рассказала Мередит все как есть, а она, в свою очередь, поведала мне правду, ничего не утаивая, во всех подробностях. Мы долго и много плакали в тот день…

— Привет, — улыбаюсь, хоть бабушка этого и не видит.

— Жду, жду, весь день, что ты сама позвонишь с новостями, — ворчит она в трубку, — Ты была на УЗИ? — нетерпеливо спрашивает Мередит. Вчера вечером мы разговаривали по видеозвонку, и я предупреждала, что сегодня узнаю пол малыша.

Жить с бабушкой я не осталась, да и из Чикаго практически сразу же уехала, боясь столкнуться, где-нибудь с Адамом. Вероятность сделать это в огромном мегаполисе ничтожно мала, но я решила перестраховаться и переехать в Милуоки — небольшой городок близ Чикаго.

— Поздравляю! — Делаю паузу, чтобы добавить немного загадки в новость. — В нашем женском батальоне будет пополнение!

Бабушка начинает радостно смеяться и что-то кричать в трубку на эмоциях, что ей совершенно не свойственно.

— Скорее отправь мне снимок, я хочу посмотреть на нее! — щебечет она, все еще на эмоциях. — Скажи мне, как только тебе станет трудно одной со всем справляться, я возьму отпуск и приеду!

— Пока нормально, ба. — Сразу же после переезда, я устроилась медсестрой в местную больницу и снимаю небольшую, но уютную квартирку неподалеку от нее, чтобы до работы можно было добираться пешком.

— Белла… может, скажешь ему? — Неожиданно для меня с самого начала бабушка приняла сторону Адама и все это время продолжает настаивать, чтобы я вернулась к мужу. Я не понимаю ее желания свести нас. Неужели она не видит, что я боюсь повторения истории родителей?..

— Мы это уже обсуждали, причем неоднократно. — Я начинаю злиться каждый раз, когда бабушка упоминает о нем. — Он не узнает ничего про ребенка, ба! Все в прошлом. Ты же знаешь, я уже коплю деньги на адвоката, чтобы начать бракоразводный процесс. — Большой палец неосознанно прикасается к безымянному пальцу, на котором нет обручального кольца. Я оставила его тогда Адаму в клинике, перед тем как уйти. Хоть носила я кольцо недолго за наш короткий брак, но привычка крутить его на пальце до сих пор осталась.

— Да-да, милая, — немного поникнув, соглашается Мередит, — но мое мнение ты знаешь.

Закончив разговор, ушедший не в ту сторону, поднимаюсь с лавочки с немного подпорченным настроением. Сама я стараюсь избегать мыслей об Адаме, хоть и удается это плохо, потому что меня до сих пор не отпустило… Все еще болит душа при каждом воспоминании о нем…

После шумного Чикаго в Милуоки, я чувствую себя более спокойно. Никуда не тороплюсь и наслаждаюсь каждым мгновением легко протекающей беременности. Новых знакомых не завела, да и, признаться честно, особого желания – нет. Пока я чувствую, что еще не готова впустить в свою жизнь других людей. Стараюсь двигаться дальше, но по вечерам перед сном по-прежнему плачу, вспоминая Адама.

Знаю, я сама ушла от него, причинив ему боль. Наговорила много жестоких слов, и, скорее всего, теперь он ненавидит меня! Я это заслужила, но я сделала бы это снова ради безопасности нашей дочери. Если бы он знал правду, то понял бы меня…

Мне комфортно одной переживать свою внутреннюю трагедию. Первое время было совсем тяжело, и я решила обратиться к психологу. Только после того, как в течение двух месяцев, я прошла терапию, смогла спокойно дышать полной грудью, не начиная трястись каждый раз при виде черного джипа, проезжающего рядом. Я отпустила свои страхи, связанные с похищением и той ужасной ночью, когда Клиффорд пытался убить меня и ранил Адама…

Прогулочным шагом добираюсь до дома, зайдя по пути в магазин за продуктами, не удержавшись, покупаю набор новых тарелок. Вот, спрашивается, зачем они мне, если посуды и так достаточно?! Я так изменилась за эти месяцы, стала очень хозяйственной. Хоть период гнездования еще не начался, я все равно уже начала готовить квартиру к появлению ребенка.

Вечером не спеша ужинаю под просмотр какого-то развлекательного телешоу по телевизору, чтобы отвлечься от мыслей.