На следующее утро я просыпаюсь со странным предчувствием. Что-то должно произойти! Возможно, это просто гормоны бушуют и я накручиваю себя на ровном месте, а может, просто остался осадок после разговора с бабушкой.

Сегодня моя смена, поэтому, немного поворчав, я поднимаюсь с постели и иду завтракать, пока есть время. Готовить для меня некому, поэтому приходится самостоятельно познавать азы кулинарии в ускоренном режиме, ведь совсем скоро придется кормить не только себя, но и временного пузожителя! Благо, есть интернет, и я смотрю видеоуроки с рецептами на YouTube. Я научилась неплохо готовить именно завтраки, поэтому теперь это мой любимый прием пищи за день.

Быстренько приготовив себе тосты с авокадо, приступаю к еде, запивая свежевыжатым апельсиновым соком. После завтрака сразу же надеваю медицинскую форму, чтобы не переодеваться в клинике, и выхожу из дома, накинув сверху тоненькую кофту. Несмотря на теплую майскую погоду, по утрам на улице прохладно.

Смена в хирургическом отделении пролетает со скоростью света, я не замечаю, как наступает вечер и пора уже собираться домой. Спина затекла от тяжелого дня, ноги гудят. Все, о чем я сейчас мечтаю — поскорее оказаться в горизонтальном положении на любимой кроватке. Если сейчас мне уже тяжело отстоять на ногах двенадцать часов смены, то страшно представить, что будет дальше, ведь живот растет вместе со сроком.

Прощаюсь с заступившими на смену коллегами и выхожу на улицу. Потихоньку начинает темнеть; я закидываю сумку на плечо и поправляю слегка задравшуюся кофту. Не удержавшись, поглаживаю живот, пока выхожу за пределы больницы. Странное чувство, что за мной кто-то наблюдает, холодком проходится по позвоночнику. Мне становится не по себе от странного ощущения, поэтому я ускоряю шаг, оглядываясь по сторонам. Давно у меня такого страха не возникало…

До двери квартиры я буквально взлетаю по лестнице, открываю ключом и вхожу внутрь, плотно захлопываю дверь и закрываюсь изнутри на несколько замков. Фух! Бросаю ключи в вазочку на шкафу, кладу сумку на пол и замираю на месте. До боли знакомый, терпкий запах витает в пространстве. Не может быть!..

Вдыхаю глубже приятный аромат, пахнет, как будто он здесь, в моей квартире! Неужели у меня от тоски начались галлюцинации? Шорох, доносящийся из гостиной, заставляет меня вздрогнуть и застыть на месте, сердце пускается вскачь, грозясь вырваться из груди. Непонятно откуда взявшаяся решимость заставляет меня сделать шаг вперед, затем еще один. Вхожу в гостиную и, едва не вскрикнув, зажимаю рот рукой.

— Ну привет, герой.

— Г-герой? — переспрашиваю дрожащим голосом, не веря, что происходящее — реальность, и Адам действительно стоит в моей квартире.

— Долго собиралась скрывать, от меня ребенка? — вкрадчиво спрашивает он.

Нервно сглатываю ком под его цепким сканирующим взглядом. Адам вальяжно восседает в кресле, держа в руках мой снимок УЗИ.

Глава 29

Адам

За последние месяцы после ее ухода я превратился в еще большего монстра, чем был. Сам себя не контролирую, хожу и лаю на всех вокруг, как пес без намордника. Солдаты и так меня всегда боялись, а теперь, только завидев издалека, начинают трястись.

После того как охрана проебала момент, когда Беллу вывезли из дома, никому кроме самого себя не доверяю проверку новичков на профессиональную квалификацию. Тех, кто дежурил в тот день в доме, сам лично вышвырнул, предварительно косточки помяв, а со всеми остальными теперь за малейшую провинность поступаю так: отвел на секунду глаза от объекта, задумался, не среагировал моментально — сваливает из клана на хер. Мне не нужны лошары, считающие ворон, в нашем деле. Такие погибают моментально. А я хочу видеть рядом с собой только мощных и подготовленных бойцов, поэтому самолично, ежедневно тренирую солдат на базе.

Зачистка клана нехило дает мне силы жить дальше, но сегодня я понял, что начал уже доебываться даже до мелочей. Поставки идут стабильно, кэш отстегивают вовремя, в городе без покойника Клиффорда все тихо. В итоге от затишья ноги сами привели в кабинет, где я как с цепи сорвался и накидался.

Пустая бутылка виски летит к своим предшественникам на пол. Ноги не слушаются, но я тип упертый, держась за попадающиеся предметы интерьера, успешно добираюсь до мини-бара и открываю новую бутылку.

Наполняю стакан и плюхаюсь в кресло. Слишком долго в последнее время я держал себя в ежовых рукавицах. В сотый раз начинаю перечислять, загибая пальцы: Уильяма нет, матери нет, Джона нет, а теперь и Беллы НЕТ!

— О-ху-ен-но! — торжественно произношу вслух и делаю большой, обжигающий горло глоток.

Я никогда не был зависим от этой дряни, но сегодня это единственное, что сейчас удерживает меня от желания сорваться и найти беглую женушку. Каждый день я борюсь сам с собой, чтобы не сесть в машину и не поехать на ее поиски. Дал себе слово, что оставлю ее в покое. Слишком много дерьма она вытерпела рядом со мной. Пусть живет по-человечески.