Так много всего произошло за такое короткое время. Всего несколько месяцев назад я собиралась начать последний год в школе Либерти в Аллентауне, бабушка была жива, и я редко зацикливалась на том, что моя фамилия Торн.

Теперь бабушки нет. Я живу в Старлинге и хожу в другую школу. А фамилия Торн постоянно бьёт меня по лицу, куда бы я ни повернулась. Я никогда от нее не избавлюсь.

Эта мысль вызывает новый прилив слёз. Сначала только пару, но затем всё больше и больше. Я знаю, что Чейз наблюдает за мной, но я не могу остановиться. Я закрываю лицо руками и сдерживаю рыдания.

Чейз не говорит ни слова, но он делает нечто неожиданное. Он притягивает меня в свои объятия.

И это так приятно. Как будто я не так одинока.

Эверетт всегда спрашивал, всё ли в порядке. Ему нужно было заполнять каждую тишину. Но Чейз не говорит. Он просто держит меня и позволяет мне плакать.

– Извини. Я даже не знаю, почему плачу. Это не из–за того, что мне показалось, что я видела тело в озере сегодня. Я просто...

Я замолкаю, и он позволяет мне.

– Я тоже хочу уехать из этого города, – шепчу я ему. – Когда мы окончим школу.

Он не отвечает, но когда я встречаю его взгляд, я вижу в нём что–то. Полное понимание. Поэтому я продолжаю говорить.

– Я ненавижу здесь всё. Я люблю свою семью и людей, которых встретила, но мне кажется, что их жизнь была лучше без меня. Мне кажется, что всё, к чему я прикасаюсь, становится плохим. Я больше не хочу быть для кого–то обузой. – Я вытираю слёзы. – И я знаю, ты не веришь мне, но я действительно забочусь об Эверетте. Просто не так, как он хочет. И именно потому, что я забочусь о нём, я знаю, что не могу быть с ним.

Чейз наклоняется так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже.

– А где ты хочешь быть, Райан?

Я не знаю ответа на этот вопрос. Всё, что я знаю, – прошло много времени с тех пор, как я встречала парня, от которого у меня так бешено колотится сердце.

Поэтому я делаю абсолютно неправильную вещь.

Я облизываю губы.

Он замечает. Конечно, замечает. Мы в нескольких сантиметрах друг от друга.

Он изучает меня, будто решает, какую часть меня хочет поглотить первой. Это тот же взгляд, который он бросил на Софию сегодня вечером. Возможно, он переспал с сотнями девушек, и я просто очередная в списке. Но когда он протягивает руку и убирает прядь мокрых волос с моего плеча, его взгляд ищет мой, мне всё равно.

– Чейз...

– Ммм?

Этот простой звук, едва заметный вздох, зажигает между нами электричество. Я чувствую, как мозоли на его пальцах царапают моё голое плечо. Моё сердце колотится от предвкушения. Я снова облизываю губы, и он снова сосредотачивается на этом жесте. Его серебристые глаза горят от желания.

Это действительно происходит.

И я хочу этого.

Он пододвигается ещё ближе, его губы приближаются к моим, а затем он зависает, давая мне секунду сказать «нет».

– Просто поцелуй меня, – шепчу я.

Рот Чейза находит мой. Его губы тёплые и неторопливые, он даёт мне пространство, чтобы отстраниться, если я захочу. Но я не хочу. Я проскальзываю языком в его рот и наслаждаюсь звуком, который он издаёт.

Я уже поняла, что он целуется совсем не так, как Эверетт. Он более голодный. Более настойчивый. И это хорошо. Очень хорошо. Мне мало. Я целую его сильнее, глубже, желая, чтобы он был в моей крови. Моё сердце бешено колотится от ощущения его обнажённой груди под моими ладонями, его рук, запутавшихся в моих волосах.

Когда он прерывает поцелуй, мы оба задыхаемся. Мы смотрим друг на друга, притяжение настолько магнетическое, что я клянусь, вижу искры электричества между нами.

Нам не нужно говорить ни слова. Мы идеально синхронизированы в этом.

Опуская голову ниже, он целует мою шею. Он трётся носом о моё горло и слегка покусывает мочку уха, затем засовывает руку внутрь моего полотенца в тот же момент, когда снова целует меня.

Раньше я не знала ответа на его вопрос.

Теперь я знаю.

Я хочу быть здесь.

Впервые с тех пор, как я приехала в Теннесси, я чувствую, что я в правильном месте.

Глава 34

Даже если это сложно

Я просыпаюсь от первых лучей солнца, пробивающихся сквозь жалюзи.

Утро, думаю я, переворачиваясь и готовясь снова заснуть. Но прежде чем я это делаю, я чувствую, как край матраса прогибается от чьего–то веса. Кто–то садится. Жасмин, думаю я.

Она наклоняется надо мной.

– Эй. Моя мама скоро вернётся.

Но голос не Жасмин.

Это Чейз.

Странно. Что Чейз Хедлунд делает в моей комнате? Должно быть, он мне снится.

Я приоткрываю один глаз и вижу тёмно–синюю стену, которая совсем не похожа на белую спальню Жасмин. Чейз сидит на краю кровати, спиной ко мне, натягивая джинсы. Моя стопка сухой одежды лежит рядом с ним.

Уже утро. И я в постели Чейза.

Уже утро, и я в постели Чейза!