Жасмин фыркает. На ней клетчатые штаны и майка с кофтой поверх, на ногах кроссовки.

– Я так не думаю. Ты выносишь лопаты на рассвете. Не подозрительно?

– Просто забудьте, что видели меня. – Я пытаюсь пройти мимо них.

– Не–а, – говорит Коннор, хватая меня за запястье. – Джаззи рассказала мне, что случилось той ночью, когда вы ездили на лесопилку. Ты никуда не пойдёшь без меня.

– И без меня, – говорит она, хотя и неохотно.

Я смотрю на них. Твёрдость в их глазах говорит мне, что они не отступят.

– Ладно, – ворчу я, протягивая Коннору лопату. – Пошли.

Мы идём по подъездной дорожке и останавливаемся у почтового ящика. Мои кузены смотрят на меня в ожидании объяснений. Но я не даю их. Вскоре я слышу отдалённый гул двигателя, а затем Чейз подъезжает на своём мотоцикле. Мгновение спустя подъезжает пикап Эверетта.

Жасмин переводит взгляд на меня.

– Что происходит?

Эверетт выпрыгивает из машины и подходит к нам, его глаза сужаются от подозрения, когда он замечает лопаты.

– Что это? – спрашивает он.

Я делаю вдох, оглядывая маленькую группу.

– Это может быть ничего, и я клянусь, я не пытаюсь никого обнадёживать – особенно тебя, Эверетт. – Я выдыхаю. – Но я думаю, что знаю, где находятся тела.

𓅂 𓅂 𓅂

Полчаса спустя мы стоим в лесу за моим старым домом и изучаем треугольник, образованный тремя скворечниками. После того как я рассказала им о предсмертной записке отца и показала карту скворечников, все согласились, что это многообещающее предположение. Домик красного кардинала висит прямо над нашими головами, но я понятия не имею, означает ли это, что нам нужно копать прямо там, где мы стоим. Тем не менее, это лучшее место для начала.

Поскольку у нас только две лопаты, и нас пятеро, парни делают большую часть работы, меняясь, когда кто–то слишком устаёт. Когда земля у наших ног ничего не даёт, мы расширяем зону раскопок, и за короткое время мы накапываем ям повсюду, но ничего не находим.

Когда наступает очередь Эверетта отдыхать, он падает рядом со мной.

– Думаю, это безнадёжно.

Я прикусываю губу.

– Извини. Зря я вас сюда притащила.

– Нет, – говорит он, откидываясь на мягкую землю. – Я хотел приехать. Я хотел поговорить с тобой. И сказать тебе, что мы с Чейзом в порядке. Никто и ничто не заставит меня отказаться от нашей дружбы.

Я испытываю облегчение.

– Хорошо. Я рада это слышать. И, если это имеет значение, я никогда не хотела тебе врать. О том, кто я. Мои тётя и дядя думали, что лучше сохранить это в тайне. – Я сглатываю. – И я не знала, кто ты. Не до той ночи, когда мой отец покончил с собой, и я увидела реакцию Никки. Когда я узнала правду, я поняла, что должна была остановиться.

Он собирается что–то сказать, когда Чейз протягивает лопату и зовёт:

– Меняемся, мужик. Я выдохся.

Эверетт встаёт и ухмыляется ему.

– Тебе нужно бросить курить. Твоя выносливость скажет тебе спасибо.

Ухмыляясь в ответ, Чейз достаёт из кармана сигарету из пачки Marlboro и зажимает её между губ.

– У меня есть выносливость там, где это важно.

Он садится рядом со мной и зажигает сигарету. Я смотрю, как он выпускает облако дыма.

– Спасибо, что приехал, когда я позвонила, – шепчу я.

– Всегда, – шепчет он в ответ, и что–то тёплое и сладкое разливается у меня в груди.

Через несколько минут Коннор бросает лопату и потягивается.

– Забудьте. Это пустая трата времени.

Все кивают, включая меня. Эта экспедиция с раскопками была полным провалом, и я чувствую себя полной дурой.

– Простите, ребята. – Я встаю со вздохом. – Я правда думала, что мы здесь что–то найдём.

– Всё нормально, – тянет Чейз. – Мне всё равно нечем было заняться. – Он тоже встаёт и бросает сигарету на землю.

– Чейз! – визжит Жасмин. – Ты хочешь устроить лесной пожар? Затуши!

Она указывает пальцем на окурок. Он начинает тлеть. Закатив глаза, Чейз наступает на него ботинком.

И раздаётся металлический звон.

Мы все смотрим на землю, затем друг на друга.

– Какого хрена? – спрашивает Жасмин.

Моё сердце бешено колотится, когда я смотрю, как Чейз снова бьёт ногой по земле.

Звон.

– Эй. Дай–ка мне лопату, – говорит он, кивая Эверетту.

Эверетт протягивает её, и парни начинают разгребать землю и сухие листья, пока наконец не показывается чёрная металлическая панель. Она размером примерно метр на метр, с защелкой с одной стороны и ручкой.

У меня перехватывает дыхание.

– Это люк?

Чейз отпирает замок и дергает за ручку. Дверь с металлическим скрежетом открывается, являя тёмный провал внизу.

– Вот это да, – выдыхает Коннор.

Мои чувства точно такие же. Я направляю свет телефона внутрь и вижу проход с крепкими стенами и лестницей, ведущей вниз как минимум на пятнадцать футов.

– Что это? – спрашивает Эверетт из–за моего плеча. – Какое–то бомбоубежище?

– Мне всё равно, – говорит Жасмин, отступая. – Я не пойду вниз.