"Нет, - сказала Лаэрлин, - этот путь приведет к еще большему кровопролитию. Я не допущу этого, пока еще есть надежда избежать его". Она опустила глаза и на мгновение задумалась. "Я отправлюсь в Арден как представитель моего отца и созову тамошнюю знать. Когда все соберутся, твои рейнджеры задержат тех, кого ты подозреваешь в измене, и всех, кто отказался от моего вызова".

"Среди простолюдинов, как и среди лордов, есть предатели!" - возразила Агила.

"Я не сомневаюсь в этом. Но я предпочла бы вырвать горсть высоких сорняков, чем поджечь сад".

Агила нахмурилась. "Сады на севере заросли сорняками. Их так много, что я не могу гарантировать вашу безопасность. У врага есть оружие из Некрада..."

"О нет. Никогда еще никому из Девяти не угрожало оружие из Некрада", - сказала Лаэрлин тоном более сухим, чем пустыня. Она почесала щеку Мортусом. "Неважно, о, что угодно я бы ни делала".

"Вы - дочь Эрлкинга, и я поклялась защищать ваш дом", - воскликнула Агила, не сумев скрыть своего разочарования. "Один член королевского дома уже погиб от рук этих предателей - я не допущу, чтобы еще один пал, находясь под моей опекой".

"Мой брат умер от собственной руки больше, чем от чьей либо другой. Но здесь не место для таких разговоров".

Агила поклонилась. Звуки пира стали тише, пламя в кострах потускнело, и подул холодный ветер. Эльфы уходили непонятным для Бора образом, но он знал, что шанс исчезает вместе с ним.

Он бросился на поляну. "Умоляю вас..."

И тут же оказался на земле, голова гудела, из носа текла кровь. Агила стояла над ним. Воротник из плюща сжался.

"Идиот! Я же сказала тебе вернуться в город!" - прорычала она. "Здесь запрещено вторгаться в чужие владения!"

"Освободи его", - приказала Лаэрлин.

"Это Бор, - пояснила рейнджер, - тот самый, о котором я говорила".

"Ты уже не в первый раз вторгаешься в место, почитаемое Перворожденными как священное". Лэрлин, казалось, забавлялась вторжением или, по крайней мере, терпимо относилась. "Я узнаю метку моего брата".

Бор опустился перед ней на колени, стараясь вести себя как можно учтивее и судорожно глотая воздух. Он вытер окровавленный нос.

"Прошу прощения, леди, но я не хотел. Это было..."

"Тихо!"- рыкнула Агила. "Ваше высочество, простите меня. Этот негодяй не знал закона".

"Оставь его", - отмахнулась Лаэрлин.

Агила отступила назад, но в ее руке был клинок, и Бор не сомневался, что она им воспользуется.

"Ты служил Люльфу Мартенсу, - сказала Лаэрлин. "Я уже слышала эту историю, рассказанную другим. Ты контрабандой вывозил реликвии из Некрада и проник на Остров Рассвета". Она постучала пальцами по рукояти Мортуса. "Мартенс мертв, но он служил Берис из Девяти. Ты знал об этом?"

"Нет".

"Нет, ваше высочество", - поправила Агила.

"Я знал, что Мартенс служил Госпоже, но не знала, что это Берис".

"Тебя обманули". Лаэрлин посмотрела на него сверху вниз, и Бор осмелился заметить жалость в ее сияющих глазах. "И тебя снова обманули, когда послали навестить Ольву Форстер. Тот, кто маскировался под Ламмергейра, тоже служит Берис в другом обличье. Скажи мне, Бор, что ты чувствуешь при этом? Что бы ты сделал, если бы перед тобой стоял тот, кто тебя обманул?"

Бор сглотнул. Он не знал, почему эльфийская принцесса задает ему такие вопросы и что, по ее мнению, он может предложить. Если он обидит принцессу, она никогда не освободит его от ошейника, да и Агила не будет осторожна в использовании кольца. От его слов могла зависеть его жизнь.

Но что сказать? Он никогда не видел Берис и не догадывался, что она и есть та самая Госпожа, о которой с ужасом говорил Мартенс. Он знал ее только по историям: дерзкая воровка, преодолевшая Башню Плача, раз за разом спасавшая Девятерых. Он думал о дочери барона Баярда, названной в честь Берис.

Но истории были ложью. Красивые слова, придуманные сэром Руэлом. Истории, придуманные, чтобы обмануть.

"Если бы у меня в руках был меч, леди, и на горле не было бы ошейника, чтобы сдерживать меня, то... честно говоря, ваше высочество, я бы убил ее".

"Без колебаний? Без пощады?"

"Всегда лучше нанести удар первым".

"А если она скажет, что солгала тебе из лучших побуждений? Что она все еще твой друг, даже если она была неправдива?"

Уголком глаза Бор заметил, как Агила нахмурилась, но он продолжил, надеясь произвести впечатление на принцессу. "Я бы не стал ее слушать, ваше высочество. Я бы не хотел, чтобы меня снова обманули. Я бы сразил своего врага и не сомневался в себе".

"Действительно". Лаэрлин отступила, снова становясь отстраненной. "Немногие смертные способны на это". Она повернулась к Агиле. "Сделай все приготовления, которые сочтешь необходимыми. Я прибуду в Арден завтра".

Рейнджер поклонилась. "Значит, Арден никогда не падет".

"Среди эльфов "никогда" - это не то слово, которое можно использовать легкомысленно".

Бор набрался храбрости. "Это ваш брат наложил на меня проклятие плюща, ваше высочество. Я буду очень благодарен, если вы снимете заклятие".