Ольве показалось, что она падает. Она видела их в Серых землях. Два титана, сражающиеся на краю пропасти. Блейз предупреждал ее с самого начала, но она предпочла проигнорировать эти предупреждения и увидеть лишь более приятную судьбу. А не ужас на дне бездны.

"Лорд Боун".

"Блейз сказал мне, что учится у лорда Боуна, что ему нужны секреты некроманта, чтобы защитить Некрад". Торун вытерла глаза. "Но это безопасно! Он сказал, что это безопасно! Он произнес заклинание, которое вернуло лорда Боуна. Если что-то пойдет не так, он сможет разрушить заклинание одним словом! Он сможет отправить дух лорда Боуна обратно в Серые земли".

"Дервин, - хрипло произнесла Ольва, - был там, когда убили Бессимера". В ней поднялись страх и ярость: как посмел Блейз использовать ее сына в своих экспериментах! Как он посмел подвергнуть опасности душу Дервина! Как он посмел воскресить Темного Лорда Некрада, чудовище, принесшее столько ужаса и страданий?

Но в то же время Ольва понимала, что и она запятнана всем этим. Она потребовала, чтобы Блейз восстановил силы Некрада любыми средствами. Она удерживала Дервина, уводила его от влияния Пейра - а значит, и сама укрепляла власть лорда Боуна над своим сыном.

"Блейз присматривает за лордом Боуном, - сказала Торун дрожащим голосом. "Когда он приводит Дервина на исцеление, то вызывает дух Боуна и допрашивает его. Он поклялся, что лорд Боун не может проявляться в другое время. Он сказал мне, что опасности нет".

Ольва провела руками по лицу. "Ты знаешь Блейза как никто другой. Скажи мне честно, отпустит ли он Дервина? Если мы скажем ему, что лорд Боун вырвался на свободу и убил Бессимера, он смягчится?"

Торун покачала головой.

И это при условии, что Блейз не сделал этого намеренно. Он хотел, чтобы Бессимера не было.

"Как давно ты знаешь?"

"Много месяцев. С весны".

"Ты знала, - медленно произнесла Ольва, - и скрывала это от меня?" Ее гнев, словно нечто с зубами и когтями, рвался наружу из ее живота, готовый выплеснуться в мир. Она разорвала бы Торун на куски, руки прорастали когтями, сила земли придавала ей неестественную силу. Я покажу тебе магию!

Но Ольва проглотила зверя и загнала его обратно. Ее журавлиная нога заболела.

"Я хотела тебе сказать, - прохрипела Торун, - но мастер Блейз велел мне молчать, а потом ты исчезла, и... и... я не знала, что еще делать, и стала работать". Она подняла голову. "Я его ученица. Среди дварфов это святое".

"Кто еще знает?"

"Никто. Блейз велел мне хранить молчание".

Воспоминания Ильдорэ о заговоре с целью убийства лорда Боуна внезапно стали пугающими. Если эльфы узнают, что лорд Боун вернулся, что они сделают? К кому она может обратиться? Не осталось никого, к кому она могла бы обратиться, кому доверяла бы настолько, чтобы довериться, кто был бы в силах помочь. Страх охватил ее сердце, но не поглотил. Момент, которого она так долго боялась, настал, но теперь у нее была своя сила, чтобы встретить его.

"Я должна забрать Дервина от Блейза. Должна увезти его из Некрада. Лат был прав - от этого места тошнит. Это город зла".

Незадолго до рассвета пара дредвормов приземлилась в зарослях. Ильдорэ слезла с чешуйчатой спины. "Они доставят нас в Некрад, - сказала она. "Я встретила нескольких своих сородичей, охотясь в лесу. В старые времена, если смертный ранил эльфа из города, его сородичам мстили семь раз по семьдесят. Я не вижу причин, по которым мать Некоронованного Короля не должна удостоиться меньшей чести".

"Я не хочу, чтобы кто-то был убит во имя меня", - поспешно сказала Ольва. "Если ты хочешь оказать мне честь, скажи им, чтобы они прекратили свою охоту. Лучше лети вперед и собери совет".

"Совет не собирался уже несколько месяцев. Некоронованный Король редко покидает башню. Он говорит через Блейза, Скеррис командует армиями, а Ватлинг занимается утомительными делами. По правде говоря, это очень похоже на то, как обстояли дела до прихода Девяти. На мой взгляд, меньше бесконечных совещаний - хорошо для головы."

"Тем не менее, я хочу обратиться к ним".

"Как пожелаешь". Ильдорэ села на своего дредворма и потрепала его по голове. "Рыцари Ужаса снова в небе, и Некрад восстановлен. Эльфы и смертные сражаются на равных. Наступила новая эра. Кажется, мне это нравится". Свет сверкнул на лезвии ее копья, как Звезда Охотника, и она улетела.

Другой дредворм понес Ольву и Торун на юг, где зеленый лес уступал место черной грязи Кладбища. На горизонте виднелось зарево печей, и запах сажи, смешанный с едким пеплом, доносился из литейных цехов Некрада. Дорога бежала впереди, возвышаясь над кладбищенской грязью. Ничто не двигалось на земле, ни один мертвец не бродил по болоту.

Из-за порывистого ветра разговор был невозможен, но Ольва чувствовала, что ее подруга в смятении. Торун выглядела так, словно хотела спрыгнуть с червя и зарыться в грязь. Ольва успокаивающе положила руку на плечо дварфийки.