"Я... я ударила его. Он... он околдовал тебя. Использовал тебя как сосуд для..." Она не решалась произнести это имя, вдруг оно вызовет в памяти Дервина этот ужасный призрак.

"Для лорда Боуна", - сказал Дервин. "Я знаю".

Слова поразили ее с такой же силой, как любое заклинание.

"Я знаю о нем. Блейз рассказал мне о его намерениях. Я не помню, что говорю, когда он здесь, но Блейз говорит мне, что то, чему я его учу, очень важно. Без него мы не смогли бы так быстро восстановить Некрад. Без него мы бы никогда не разбудили Каменных драконов". Он отпустил ее и опустил руку. “У Блейза есть его магия, у Альфа - его меч. Вот что я могу сделать. Я выдержу. Вот как я служу".

Позади себя она услышала, как Блейз зашевелился и что-то пробормотал. Но она не могла отвести взгляд.

"Он использует тебя! Он назвал тебя сосудом - для Лорда Боуна! Темного Лорда! Это неправильно, и ты это знаешь! Если бы Альф был здесь, он бы положил этому конец!"

"Его здесь нет, мама. А даже если бы и был, он поклялся подчиняться мне - и это мое решение. Как уйдет Некрад, так уйдут и эти земли, и те, кто в них живет. Я не позволю, чтобы это попало в недостойные руки. Я не знаю, достоин ли я, но принимаю вызов. Я остаюсь здесь".

Ольва заговорила не задумываясь, слова вырывались из нее от горя и ярости.

"Пейр! Он убил Бессимера! Он убил твоего отца!"

ГЛАВА 44

Это было видно по тому, как он держался, а может, по тому, как тусклый свет освещал его глаза. Перед ней стоял уже не только Дервин. Он взял со стола Блейза тяжелый алхимический прибор и поднял его, как боевой молот. Затем пересек комнату.

"Это правда, Блейз?"

Все еще не в силах говорить, волшебник кивнул.

"Ты убил моего отца - за это?"

"Да", - задыхался Блейз. "Убил. Но я подозревал, что Другой может выскользнуть".

"Лорд Боун?" Паладин шагнул вперед и толкнул волшебника к стене. "Ты вернул Врага? Ты позволил ему свободно разгуливать в этом теле? Неужели твоя жажда власти настолько неутолима, что ты готов пойти на сделку с подобным существом?"

Дрожащими пальцами Блейз использовал свой посох как опору и встал. Он заговорил онемевшими губами.

"Не ради власти, - пробормотал он. "Ради тебя".

Краем глаза Ольва увидела в окне дредвормов, на которых сидели эльфы-рыцари. Рыцари Ужаса окружили Башню Плача.

"Без Пейра - без тебя - мы сбились с пути. Я потерял всякую ясность. Блуждаю в тумане. Альфрик был прав. Ты нужен нам". Он указал на окно, и глаза его расширились, когда он тоже увидел дредвормов. "Я создал... королевство. Создал армию. Чтобы ты мудро распорядился ею, как я и предполагал. Однажды я сказал Альфрику, что... нет ничего полезнее для мира, чем моя работа здесь". Волшебник взял Пейра за руку. "Эта работа вернула тебя".

Пейр опустил оружие. "Нет", - медленно произнес он. "Даже если бы этот дар не был испорчен в корне - я отдал свою жизнь, чтобы выполнить задание. Я сделал все, что мог, и теперь это должны сделать другие. Я помог Дервину вернуться из Серых Земель, ибо он умер несправедливо, но моя смерть была достойной. И уж конечно, я не стану цепляться за жизнь, если это означает, что лорд Боун продолжает существовать в любом виде". Паладин покачал головой. "Блейз, сними заклинание".

"Нет!" - прошипел Блейз.

"А Дервину это не повредит?" - спросила Ольва.

"Он должен рискнуть".

"Подумай, черт бы тебя побрал!" - прорычал волшебник. "Без присутствия Боуна мы уступим Некрад Эрлкингу. Чего мы тогда добьемся? Мы будем уничтожены и забыты. Борьба не закончилась с выполнением задания, Пейр. Ты все растратишь! Умоляю тебя, передумай!"

"Ты тоже, - сказал Пейр, - должен рискнуть. Разрушь заклятие, Блейз. Отправь Боуна обратно в бездну".

Но разбилось окно, а не заклинание. Дредвормы бились о стекло, пока оно не разлетелось вдребезги: черный ихор и осколки хрусталя разлетелись по комнате. Дервин - или Пейр - среагировал мгновенно, пихнув Ольву и Блейза за тяжелый стол. Снаружи на балкон высадились рыцари ужаса, воины эльфов-колдунов в зачарованных доспехах и с серебряными клинками.

Их вела Скеррис. Ее ужасная красота и величие были восстановлены. Она больше не носила рваные остатки некогда великолепных нарядов, ее доспехи и амулеты больше не были испещрены пустыми гнездами для магических камней. Как переделали боевую машину Некрада, так же переделали ее судьбу и силу. Шла богиня, возрожденный ужас древнего мира.

Она заговорила не через исчезнувшего оленя. Она заговорила своим собственным голосом.

"Мне хорошо известна сила смертных, - воскликнула она, - я достаточно часто испытывала ее на себе. Бесконечно изобретательны их умы и ловки их руки. Сто лет назад к нам пришел ребенок, и мы забавлялись тем, что учили его магии - и он стал королем". Она произнесла на энхедраи - заклинание вызова.