Альф был ошеломлен состоянием своего друга. Когда он видел Уриена в последний раз, тот был крепким парнем - правление Некрадом могло бы пошатнуть рассудок любого смертного, но Уриен всегда говорил, что это бальзам по сравнению с бесконечной враждой в Риверленде. Теперь Уриен был так похож на ходячий труп, что Альфу пришлось бороться с инстинктивным желанием прикончить его. Глаза ввалились, кожа стала восковой и желтой, а зловоние не могли скрыть духи, которыми он пользовался.

"Теперь мой титул хранитель моста, - сказал Уриен, - синекура для немощных, как я думал до этой войны. Альфрик, это Тарек, епископ Авоса. Тарек, это..."

"Я знаю, кто он", - огрызнулся епископ.

"Пусть твой человек опустит копье, - сказал Альф.

"Твой господин не соблюдает обычаи перемирия", - заявил епископ Тарек.

"Брачан не мой господин, - ответил Альф.

Уриен сделал знак стражнику, и тот воткнул свое копье в пол напротив Разрушителя Чар. На поясе у него все еще висел короткий меч, а у Агилы - арбалет. Тем не менее, обычай был соблюден в достаточной степени.

"Что с тобой случилось?" - спросил Альф. Задавая этот вопрос, он вспомнил, что Гундан передал ему слух. Как-то на Йоль Берис прислала ему особую бутылку вина. После отстранения Уриена Берис удвоила торговлю магическими камнями и реликвиями, переправляя их контрабандой на юг, готовясь к восстанию.

"Дипломатичен, как всегда". Уриен одарил его слабой улыбкой. "Меня отравили, Альфрик. Профессиональный риск для правителей Некрада. Мне сказали, что на моем прежнем месте теперь сидит твой племянник, после того как ты изгнал молодого Вонда. Ты простишь меня, если я не выпью за его удачу".

"Наверняка есть целительная магия, которая может помочь. Блейз мог бы помочь".

"Альфрик. Мы с тобой в состоянии войны. Прекрати пытаться мне помочь". Уриен усмехнулся, но смех перешел в булькающий кашель. "В любом случае, на мне была защита". Он поднял свою цепь, и на ней сверкнули магические камни. "Карбункулы и безоары, защищающие от обычных ядов. Что бы ни было использовано против меня, оно было сильнодействующим, и мне сказали, что ничего нельзя сделать. Однако перед концом я отправлюсь по Дороге в Эвервуд. Там есть исцеление, по крайней мере, для души".

"Да будет благословен добрый Эрлкинг", - нараспев произнес Тарек.

"Странно, - продолжал Уриен. "Когда я заболел, то помню, как лежал в своей постели в Цитадели, корчась от боли, и думал о тебе. Ты отправился странствовать, и я представил тебя на дороге в Эвервуд. Наверное, в горячке я подумал, что ты везешь меня во владения Эрлкинга, чтобы я вылечился".

"Когда все закончится, - предложил Альф, - я пойду с тобой".

"Ты никогда не увидишь Эвервуд", - прорычал Тарек. "Осквернитель! Убийца!"

"Хватит, Тарек. Ты здесь не с кафедры проповедуешь. Я знаю, с кем и с чем имею дело, и скажу тебе, что если Ламмергейр попросит вас о перемирии, а не о поле сражения, вы вознесете все молитвы благодарности, какие только сможете. Итак, скажи нам, что мы здесь делаем, Альфрик?"

"Я хочу", - ответил Альф, а затем замолчал, чтобы собраться с мыслями. Присутствие Уриена беспокоило его, как и пристальный взгляд молодого рейнджера. Менее полугода назад он был по другую сторону подобного перемирия, когда Дикие угрожали осадить Некрад. Это закончилось кровавой трагедией для всех сторон: переговоры сорвались из-за брошенного черепа с заклинанием. Гундан, Турн и многие другие погибли из-за недоверия и предательства. И снова ему показалось, что невидимые силы тянут его за собой, формируя события, выталкивая из него слова, как червяка из яблока. "Я хочу поговорить", - повторил он.

"Что тут обсуждать?" - огрызнулся Тарек. "Ты поднял восстание против лордов Саммерсвелла. Ты общаешься с эльфами-колдунами и предателями. Ты владеешь оружием тьмы".

"Да", - сказал Альф. Он поерзал на стуле и повернулся лицом к Уриену. "Это все правда. А теперь у тебя на пороге армия Брачана, Уриен. У них есть оружие из Некрада. Ты помнишь войну лорда Боуна - эта будет не лучше. Ты не сможешь победить".

"Ты здесь не для того, чтобы злорадствовать", - сказал Уриен. "Что ты предлагаешь?"

"Скажи лордам Эвесленда или кому там еще, чтобы возвращались на юг", - сказал Альф. "Скажи им, что река будет границей отныне и навеки и что я даю тебе слово, что Брачан не перейдет ее".

"Я не могу говорить за лордов Эвесленда или любых других лордов".

"Да, но они выслушают. Скажи им, что Авос не желает участвовать в этой ссоре и что ты заботишься только о своем народе".

"Я поклялся служить лордам Риверленда", - тихо ответил Уриен.

“Ну, ты знаешь их лучше, чем я. Что бы им понравилось больше - их торговый город в целости и сохранности или могила среди руин с твоим именем и надписью "он сдержал свою клятву"? А?"