"Даже если мы примем эту нелепую идею, - сказал епископ Тарек, - что остановит мятежников от вторжения в Риверленд и Краунленд, как они осквернили священную провинцию Аршот? Ты говоришь, что лорд Брачан не твой лорд, а, следовательно, ты не можешь говорить за него. Какие у нас есть гарантии, Ламмергейр? Твое слово и ничего больше?"

"Я не могу говорить за Брачана, да", - ответил Альф. "Но Брачан победил в Харнсхилле, потому что у него была магия из Некрада. На подходе еще большее и худшее. Там на троне мой племянник, и если я ему скажу, он отрежет Брачана от поставок".

"Некрад очень далеко", - заметил Уриен, но оглянулся на Агилу, словно ища совета.

Тарек насмешливо хмыкнул. "Теперь мы знаем правду о Ламмергейре. Твое слово ничего не стоит. Ты убил принца Маэдоса из злобы и сговорился захватить Северные земли вместе с остальными Девятью. Теперь ты хочешь разрубить Саммерсвелл и бросить объедки своим союзникам-мятежникам. Знай, предатель: Заступники уже начертали твою судьбу на звездах! Я видел ее в водах грааля. Все, что ты сделаешь, пойдет прахом, и твое имя будет забыто". Он бросил на стол разбитый осколок Клинка Розы. "Вам не удастся запугать нас. Авос - город верных. Он выстоит, чем бы вы ни угрожали. Прислушайтесь к хорам собора, и вы услышите наш вызов".

"Не обращай внимания на этого глупца, - сказал Альф. "Делай то, что нужно для твоего города и твоего народа. Твой долг - защищать их".

"А как же ваш долг, сэр Альфрик?" - неожиданно спросила Агила. "Во время последней войны вы защищали Саммерсвелл. Девятеро принесли предупреждение о вторжении лорда Боуна. Теперь вы снова принесли предупреждение о восходе тьмы - и вы стоите в стороне и не защищаете нас, хотя носите демонический меч. Почему?"

"Мечи делают вещи простыми. Мечи разрубают и уничтожают вещи. Но когда пытаешься упростить весь мир, то приходится много рубить и уничтожать, и все равно все идет не так. Я насмотрелся на это". Альф протянул руку и положил ее на помель Разрушителя Чар. "Я сказал все, что хотел. Брачан в Норбери Грейндж, не далее как в полудне пути отсюда. У тебя не так много времени, чтобы принять решение, но если ты выберешь мир, клянусь, я буду защищать тебя".

Делегация из Авоса отбыла.

Вскоре прибыли всадники Брачана - разведчики, отправленные на охоту за Ламмергейром. Они приблизились осторожно, словно Альф был загнанным в угол зверем, и поднесли свое послание как подношение. Не вернется ли Ламмергейр в Норбери Грейндж, чтобы обсудить на совете важные дела? Не сумев убедить Альфа вернуться с ними, но убедившись хотя бы в том, что он - и Разрушитель Чар - не потеряны, они поскакали обратно через болота. Армия лорда Брачана была уже в пути, и хотя армии двигались гораздо быстрее, чем в молодости Альфа - конные рыцари, усиленные магическими камнями, были быстрее, чем большие пешие полки, - все равно потребуется несколько дней, чтобы все его силы отправились из Харнсхилла и добрались до Авоса. А если придется ждать осадных машин, то и того дольше.

"Он не будет ждать осадных машин", - прошептал меч.

"Сколько раз тебе говорить, - проворчал Альф, - чтобы ты перестал читать мои мысли".

"Это написано у тебя на лице, владетель. Тебе приходится напрягать мышцы лба, чтобы думать. Ворота Авоса будут разбиты не лестницами и таранами. Это будут кидающиеся огнем големы, взрывные черепа и дредвормы".

"Да." Альф прошелся по комнате. "Я рад, что это Уриен. Уриен послушает".

"Уриен послушает. Лаэрлин послушает. Турн послушает", - усмехнулся меч. "Безжалостные, безразличные звезды послушают. Посмотри на себя, владетель, ты бродишь в поисках кого-нибудь, кто избавил бы тебя от этой участи. Ты - мой хозяин, рука Владыки Некрада. Жестокая резня - твое предназначение, как и мое".

Альф пересек комнату, вынул меч из пола и вложил его в ножны, чтобы заставить замолчать.

"Ты знаешь, что я могу говорить, пока нахожусь в ножнах?" - сьязвил меч. "У меня нет рта, владетель. Все остальные разы, когда я молчал, я был вежлив".

"Заткнись".

"Никто больше не слушает, владетель".

"Нет, - сказал Альф, - я имею в виду, помолчи". Он распахнул дверь трактира. Через реку доносились слабые звуки пения. Это было пение хора, голоса которого возвышались в соборе Авоса. Мелодия песни была ему знакома, но он не сразу узнал ее.

Она помазывает наши глаза, чтобы мы тоже могли видеть

глупость смертных.

Теперь мы видим Ламмергейра.

Наконец-то он раскрыт.

Во второй половине второго дня прибыли первые отряды лорда Брачана и расположились лагерем чуть дальше по дороге от трактира Альфа. И снова Брачан прислал гонцов, в том числе и волшебника Хэлигана, требуя, чтобы Альф немедленно вернулся в лагерь и приготовился к битве.

"Передайте Брачану, чтобы он повременил, - сказал Альф. "Передайте ему, что если его армия хоть на шаг приблизится к Авосу, им придется считаться со мной".

"Я... я передам ваши слова, сэр Ламмергейр, - заикаясь, проговорил Хэлиган, - но вы должны знать, что наши шпионы за рекой сообщают нам, что враг идет на подкрепление к Авосу, и если мы не возьмем город и мосты в ближайшее время, то вся надежда потеряна".

"Я уже слышал это раньше", - пробормотал Альф.