Это Заступник, владетель. Ты должен напасть первым. Моя сталь сможет поразить духа, если ты нанесешь верный удар.

Не сводя глаз со света, Альф наклонился. Его пальцы коснулись грааля и фляги с водой. Он зубами вытащил пробку и плеснул немного воды в священную чашу. Вспыхнул свет, и в то же время блуждающий огонек стал ярче. Альф напрягся, но нападения не последовало. Вместо этого тот рванулся вперед, и струйка воды в граале зашипела и испарилась, в мгновение ока опустошив чашу. Огонек проплясал немного вверх по склону, затем снова вниз. Вверх, и вниз, и снова вверх, танцуя к дороге.

Он побуждал его следовать за ним.

Это может быть ловушка, - предположил меч, но прозвучало это сомнительно.

"Тогда так." Альф стянул с себя монашеское одеяние.

Затем тихо переступил через спящих Руэла и Бора и посмотрел вверх по склону. Колеблющийся огонек был едва виден, но поджидал его на краю дороги.

Ламмергейр снова вернулся в историю.

ГЛАВА 32

В более поздние годы сэр Руэл из Эвесленда клялся, что присутствовал на битве при Харнсхилле. Вот как он описывал события того дня.

За два дня до этого рыцари Илавентура под знаменем лорда Брачана расположились лагерем в Харнсхилле. Старый граф Дейн заявил:

"Наши враги удерживают город Авос с его крепкими стенами и множеством мостов, по которым к ним приходят подкрепления. Наши всадники не вернулись и, скорее всего, погибли, но глаза врага - это глаза небес, а Заступники передают даже наши самые тайные советы прямо в уши Эрлкинга. Несомненно, эта битва проиграна еще до того, как будет обнажен хоть один меч, и для нас будет лучше всего отступить в наши замки, где мы сможем укрыться от бури".

И Брачан сказал:

"Отступление означало бы лишь промедление, а промедление - друг бессмертных. Наши крепости будут разрушаться одна за другой, пока не погаснет последняя искра неповиновения. Мы, смертные, обречены на смерть, так давайте же умрем достойно". Он приказал открыть бочки с некромиазмом, чтобы скрыть свои деяния от глаз небесных, и это было сделано.

Войско, собранное лордом Брачаном, состояло из шестисот конных рыцарей и воинов, а также множества пеших воинов. Из этих шестисот триста пятьдесят были родом из Илавентура или внутренних земель и давно являлись союзниками дома Брачана. Остальные были родом из Риверленда, с окраин Аршота или из далеких Ардена и Западных Маршей. Некоторые из них были странствующими рыцарями и сражались за плату; другие прибыли тайно, перешептываясь о Старом Королевстве и говоря, что их послала леди Берис. Лорд Брачан с подозрением отнесся к этим чужакам и разделил свои войска на пять рот.

Три из них состояли исключительно из его собственных верных рыцарей, которых он поставил под командование сэра Херрета Рыжего, сэра Эдмара Хайфилдского и сэра Ланниса из Уайтхельма. Сэра Херрета он отправил на западную сторону, сэра Эдмара - на восточную, а сэр Ланнис занял почетное место в центре.

(Читатель, если ты не герольд или ученый, то, скорее всего, не знаешь этих имен. Они обрушиваются на тебя, как сильный снегопад, сбивая с толку и утомляя. Зачем мне знать все эти имена, спросишь ты, если большинство из них умрет раньше, чем сэр Руэл допьет свое вино? Друг, если я упущу кого-нибудь из них, то рискую обидеть какого-нибудь рыцаря, который скажет: "Ты опозорил шурина моего двоюродного брата, дядю моего дяди, не упомянув о великих деяниях сэра Такого-то и Такого-то, и я требую удовлетворения". Поэтому я должен включить их в книгу, но говорю тебе: пусть эти имена порхают мимо тебя, как яркие певчие птицы! Знай, что в тот день каждый из них был самым храбрым и смелым на поле боя, доспехи блестели, мечи сверкали, и смотреть на них было честью. Пусть их запомнят такими, а не разделанным мясом, которым они станут в конце. Ах, я потерял нить повествования. Еще вина, добрый сэр, и я продолжу).

Четвертую роту он держал в резерве, и хотя она была под знаменем племянника Брачана, Браймоса, в большинстве своем состояла из рыцарей Западных Маршей. Эту четвертую роту он расположил позади Харнсхилла.

Пятая рота полностью состояла из новичков, и командование этими воинами он поручил самому высокому из них, Темреху из Риверленда, а также сомнительную честь возглавить атаку.

Лорд Брачан хорошо знал поле боя, ибо сражался здесь около двадцати лет назад. Из всех лордов Саммерсвелла он имел наибольший опыт в сражениях, ибо возглавлял армию Лиги, посланную на осаду Некрада, - и это тоже была сомнительная честь, поскольку никто из них не должен был вернуться. За победу над лордом Боуном он ожидал большой награды, но львиная доля славы досталась Девяти, а богатства Некрада - другим лордам. Это возмущало Брачана, который считал, что с ним плохо обошлись.