А рядом с ним, в центре, стоял Дервин. Он был облачен в доспехи паладина Аршота, как и Пейр в старину, и держал в руках боевой молот. Шлема у него не было; вместо него - обруч, украшенный камнями силы.

Ольва с гордостью оглядела толпу. Она сделала это, она объединила разрозненные фракции Некрада. Весь город объединился. Не хватало только одного лица - Торун, и это вызвало у нее улыбку. Как и свойственно дварфийке, она настолько погрузилась в книгу, что пропустила всю драму.

Блейз ударил посохом по земле, и земля задрожала. Некромиазмы над головой завибрировали и, казалось, стали редеть, словно волшебник приглашал свидетелей этого противостояния.

Дервин шагнул вперед. "Мне сказали, что вы несете послание от лордов Саммерсвелла правителям Некрада. Вот они. Говорите". Он явно репетировал свою речь; это было все, что мог сказать Дервин.

Но это сработало. Вонд был похож на загнанного в угол зверя. Он съежился в тени дверного проема, не желая выходить и встречаться взглядом с толпой. Он огляделся по сторонам и не нашел утешения даже у Бессимера. Затем медленно, неохотно потащился вперед. В этот момент он еще больше напомнил Ольве кукольного персонажа, как будто ему приходилось дергать каждой конечностью по отдельности, словно только слабеющая гордость помогала ему держать голову высоко поднятой.

"Некрад, - начал он, его голос надломился. "Некрад был захвачен армиями лордов Саммерсвелла. В качестве военного трофея. Меня назначили губернатором два года назад. Я все еще губернатор, несмотря на это... междуцарствие. Меня послали..."

"Что скажешь, Некрад?" - крикнул Блейз. "Вернешь ли ты власть далекому Саммерсвеллу, за морями и горами, или у нас будет свой совет и свой правитель?"

"Некоронованный Король!" Толпа подхватила скандирование. "Некоронованный Король!" Ольва с неудовольствием отметила, что Тредей хранит молчание.

Дервин поднял руку, призывая к молчанию. "Некрад ответил. Возвращайтесь и расскажите Саммерсвеллу о том, что вы видели, лорд Вонд".

"Я еще не закончил!" - крикнул Вонд. Он повернулся к смертной части толпы, людям из Гарнизона. "Они ведут вас к гибели! Две тысячи рыцарей и в десять раз больше пеших уже маршируют по дороге из Ардена! Я знаю этот город, я управлял им долгие годы - у вас не хватало еды даже тогда, когда гавань была полна кораблей с Побережья Эллса! Вы не выдержите второй осады! Вы этого хотите? Быть крысами в мешке? Быть запертыми здесь вместе с ними?" Он ткнул пальцем в сторону эльфов-колдунов.

"Осады не будет, - лениво ответила Ильдорэ. "Ламмергейр позаботился об этом. Никакая армия не придет из Ардена".

Вонд повернулся к ней лицом. "Ложь! Даже Девятеро на высоте..."

"Над Арденом нависло зеленое облако, и две тысячи твоих рыцарей рубят друг друга на куски. Есть и другие формы войны, смертный".

"Возможно, вам следует помолиться об этом, милорд", - сказал Ольва, не удержавшись от того, чтобы не повернуть нож. "Если вы сможете найти чашу грааля к северу от гор".

Вонд повернулся к Дервину. "Мне жаль тебя. Ты мнишь себя королем или возрожденным паладином, но ты всего лишь подставное лицо. Маска, скрывающая чудовищное лицо этого проклятого города, и ты будешь отвергнут, как и я."

Второй отъезд лорда Вонда из Некрада был, пожалуй, еще более унизительным, чем первый. Вместо того чтобы в панике броситься на последний корабль, покидающий гавань, на этот раз он выехал из северных ворот с высоко поднятой головой, его знамя гордо развевалось на ветру, его сопровождали рыцари и слуги, но жители города выстроились вдоль дороги, насмехаясь над ним и осыпая оскорблениями. Если бы нашлись лишние овощи, их бы бросили. Вонд никогда не был популярным правителем, даже когда город процветал.

Новость о том, что Некрад избавлен от новой осады, смешалась с отъездом Вонда, и получилось пьянящее варево. Город ликовал, и впервые за многие смертные жизни по улицам разносился смех. Люди открыто говорили о том, что может принести этот год: о торговле с другими землями за морем, о магии, которую можно оставить себе, а не конфисковывать и отправлять на юг, о свободе от законов жадных и алчных лордов.

Веселье смертных заразило даже угрюмых темных эльфов. Действительно, странно было видеть, как они смеются, подумала Ольва, ведь так быть не должно. Резные стены Некрада рассказывали о прежних временах, когда эльфы-колдуны были союзниками смертных, живших на севере, до того, как их союз распался. На Острове Рассвета она тоже видела смеющихся эльфов, но смех придворных принца Маэдоса казался ей пустым; они смеялись, как поют птицы или лают собаки, когда их пугают, - бездумная реакция. Смех эльфов-колдунов был гораздо более редким и искренним.

От западных ворот пришли новости - прибыли дварфы, кузнецы и каменщики, призванные помочь в восстановлении Некрада. Волшебник, сам никогда не любивший веселиться, отбыл встречать их, и его отсутствие сделало праздник еще более бурным. Присутствие Блейза и в лучшие времена вызывало беспокойство.