"Достаточно часто, за последние два года. Твой уход из Некрада стал для нас благом - Ламмергейр тайно посетил многих дворян, убеждая их поддержать наше дело". Армек обнажил свой меч - копию Разрушителя Чар. "Многие из них колебались, но завуалированной угрозы или похвалы с твоей стороны было достаточно, чтобы их переубедить. Я играю Ламмергейра лучше, чем ты".

"Я никогда не просил этого дурацкого имени".

"Оставь оружие в грязи, и кто-нибудь его подберет".

"Правда?" - сказал Альф. Он достал "Разрушитель Чар и протянул его Армеку. Мужчина попытался взять его, но меч оказался непомерно тяжелым. Он вывернулся из его хватки и упал на землю. "Тогда подними его".

Армек положил рядом свой меч, сравнивая. Они реально отличались один от другого несмотря на то, что были физически идентичны – настоящий Разрушитель Чар поглощал свет, падавший на него.

Армек поднял копию. "Неважно", - сказал он. "Время для обмана почти прошло. Я еще раз сыграю тебя, а потом стану самим собой. Она выполнила свой платеж, Ламмергейр: сегодня ночью наши войска возьмут город. Это будет жестокая битва, но мы захватим Арден и Ущелье. Безопасность Некрада обеспечена. Ни одна армия не двинется на север, когда наступит оттепель".

"Хорошо." Альф вздохнул с облегчением.

"Берис пришлось ехать в Илавентур. Она хочет, чтобы ты немедленно присоединился к ней. Она просила передать, что все еще обдумывает твое послание".

Альф позволил отвести себя обратно в подземный храм. Там он наблюдал, как Армек готовит их маскировку. Мужчина взял одежду Альфа - рубашку Джозефа, дварфскую кольчугу, дорожный плащ, даже потрепанные ножны Разрушителя Чар - и смешал их со своим снаряжением, устрашающим шлемом и темными доспехами. Для Альфа он приготовил монашескую рясу, дополненную чашей грааля. "Конечно, подделка, - заверил его Армек. Он наполнил чашу горячей водой и взял в руки бритву. "Я побрею тебе голову".

Закончив, Армек отступил назад. Он вытер полотенцем со лба Альфа несколько волосков и небольшое пятнышко грязи.

"Я молюсь, чтобы, когда эльфы будут повержены и мы вернем себе власть над своими судьбами, то снова встретимся живыми людьми. Но Путь долог, и может статься, что мы встретимся лишь в Серых землях, куда ходят только умершие. В любом случае, сэр Альфрик, я увижу тебя снова там, где больше нет лжи и обмана, и мы сможем наконец быть честными". Его рука на мгновение задержалась над рукоятью Разрушителя Чар, но затем он взял свой собственный меч. Затем отсалютовал Альфу и вышел из храма.

Альф сел на кровать и стал ждать.

"Я мог бы стать монахом", - пробормотал он, обращаясь скорее к самому себе.

"Две ночи назад ты пытался зарезать ангела".

"Настоящего монаха. Одного из Просветленных. Как Ян".

"Ты познаешь мир только в бою", - сказал меч. Через несколько минут он снова заговорил. "Я завидую своей тени. Гражданская война в Ардене. Резня на улицах. Такой пир!"

"Возможно, до этого не дойдет. И даже если это произойдет, это даст Некраду время подготовить свою оборону.”

"Так и будет. Я вижу твое нежелание, Владетель. Я чувствую твое облегчение". Он передразнил интонации Альфа. "Хорошо, что мне не придется убивать эту армию за стенами или вытирать сапоги о кишки лорда. За меня это сделает кто-то другой, и я смогу сказать себе, что если не моя рука на мече, то это не считается убийством. И, может быть, эльфы позволят мне войти в Эвервуд и убить Эрлкинга, и его дочь не будет мне противостоять. Я - герой". Глаз меча сверкнул. "Так и будет. Берис знает. Все дела смертных заканчиваются смертью, владетель. А меня создал смертный".

Мальчик вернулся со свечой. Он провел Альфа через подвалы. В коридорах клубился зеленоватый туман, исходящий от бочки, которую он видел раньше. Восковая печать была сломана, и теперь некромиазм скрыл ее от посторонних глаз.

"Прикройте рот, - сказал он, - эта гадость скрывает нас от более серьезной опасности. Они запечатают его, когда мы покинем город - Госпожа говорит, что мы должны беречь то немногое, что у нас осталось от миазма, ибо он драгоценен".

Он повел Альфа обратно по улицам Ардена, выйдя через боковую дверь таверны. Были сумерки; ночь уходила, возвращалась и снова ушла, пока он прятался, а теперь снова наползала на восточные холмы. Солнце уже зашло за западный край Ущелья, но огни, горевшие в Арденнском дворце, освещали сердце города.

Проводник Альфа потянул его за руку, направляя к восточным воротам. "Сюда, святой человек". Он вложил ему в руку старый потрепанный кожаный мешочек. Внутри лежало старое письмо от архонта Западных Маршей, в котором говорилось, что его носитель является аккредитованным священником и может свободно перемещаться между провинциями. С этим письмом он сможет без проблем пройти через восточные ворота.