Маленький мальчик принес Альфу поднос с едой и питьем. Он прокрался в комнату, не смея дышать, и поставил поднос на край койки. Наклонив голову, он бросился к двери..

"Подожди, - сказал Альф. "Где Берис?"

Оборванный ребенок замер.

"Где Берис? Или Армек? Или кто-нибудь еще?"

Он покачал головой.

"Ты знаешь, кто я?"

Он прохрипел что-то, что можно было бы назвать "Ламмергейр".

"Я не чудовище. Тебе не нужно меня бояться".

"Нет, нужно", - произнес Разрушитель Чар, его голос был резким и металлическим. Мальчик выбежал из комнаты, оставив за собой открытую дверь.

"Это было жестоко", - сказал Альф.

"А меня это позабавило".

Альф схватил Разрушитель Чар и пошел убирать клинок в ножны. Прежде чем он успел заставить его замолчать, меч заговорил снова.

"Ты считаешь себя героем, владетель. Ты слишком привязан к этому представлению о себе. Ты отложил меня в Некраде, вместо того чтобы использовать против Смерти. Ты позволяешь врагам заманивать тебя песней, а сам отступаешь, когда на тебя нападают более слабые противники".

"Что, по-твоему, я должен рычать на детей? Что меня не должны волновать смерти невинных?"

"Цепляйся за любое заблуждение, какое пожелаешь, владетель. Но знай, что это делает тебя уязвимым, и твои враги могут воспользоваться..."

Альф вложил меч в ножны и вышел вслед за мальчиком в открытую дверь. Тот уже скрылся в коридоре. Альф не стал его преследовать; вместо этого он обследовал подвальные помещения вокруг храма взглядом специалиста по подземельям. Очевидно, когда-то у храма был парадный вход, но теперь он был погребен под землей на склоне холма, и только одна из его огромных бронзовых дверей была доступна. Узкий туннель, похожий на шахту, с потолком, поддерживаемым деревянными опорами, соединял частично раскопанный храм с внешним миром.

Он остановился на пороге храма и положил руку на рукоять меча.

"Чувствуешь что-нибудь?"

Меч дулся и не ответил.

"Это не Некрад". Альф потер бок в том месте, куда его ударил линнорм. "Если где-то там есть опасность, а ты меня не предупредишь, то это будет не кто-то из приспешников лорда Боуна, кто заберет тебя с моего трупа. Это будет кто-то вроде принца Маэдоса".

"Я не чувствую никаких Заступников, - ответил меч, - но это мало что значит. Храм в безопасности".

Туннель привел Альфа в подвал. Он пошел на запах реки, и тот привел его на лестницу - слизь в углах говорила о том, что лестницей обычно мало пользовались, а выщербленная середина ступеней - о том, что в этом сумрачном мире потайных ходов и туннелей под улицами Ардена недавно бывали люди.

Сидя в пустой боковой комнате, Альф обнаружил единственный металлический бочонок. Он был отполирован, без единой царапины, только что из литейного цеха. Он сразу понял, что это работа дварфов. Крышка была запечатана пчелиным воском, но под полупрозрачной коркой воска виднелось зеленоватое пятно. Даже самый лучший дварфский сосуд не мог полностью сдержать некромиазм.

Маленькая частичка проклятого неба Некрада вдали от дома.

"Он скроет нас от глаз Заступников", - пояснил Армек с порога.

"И не только это", - кивнул Альф, повернувшись к своему двойнику. "Ты видел Кладбище?"

"Знаю о нем. По словам волшебников, он будоражит мир призраков".

"Используй это вещество, и ты загубишь землю. Там ничего не будет расти, и мертвые не обретут покоя. Это мерзость лорда Боуна. Это яд".

Армек пожал плечами. "Ни одно оружие не бывает совершенным".

"Некоторым оружием нельзя пользоваться. Где остальное?"

"В безопасности".

"Вижу, Берис хорошо тебя обучила. Никаких прямых ответов".

"Она решила, что миазм не будет использоваться здесь, в Ардене, разве что немного, чтобы скрыть наши приготовления. В нем нет нужды. Мы хотим, чтобы Заступники стали свидетелями битвы, чтобы они могли донести весть о восстании до всех уголков Саммерсвелла. Наши враги донесут наше послание вместо нас".

Альф оглядел мужчину. Армек был немного выше Альфа, но имел схожее телосложение и черты лица. На руках у него были мозоли и шрамы, которые Альф мог бы ожидать увидеть от бойца. "Где она тебя откопала? В компании наемников?"

"На сцене. Я играл тебя в странствующей труппе".

"Ты играл меня и в Хайфилде. Вы подослали какого-то негодяя к двери моей сестры".

"Это было необходимо, чтобы вырвать парня из лап врага".

"Да, так сказала Берис. Где она?"

Армек сделал паузу. "Ты заметен, Ламмергейр. Отличен. Для глаз Заступников большинство смертных трудно различимы - говорят, мы для них как мелкая рыбешка в быстром потоке. Но тебя они знают, и если найдут, то вцепятся и будут использовать как точку опоры в мире смертных. Ты несешь опасность всем вокруг. Как и Берис - ты даже не представляешь, сколько ей приходится делать, чтобы сбить их со следа". Армек содрогнулся. "Я испытал это на себе, когда был тобой".

"И сколько раз ты притворялся мной?"