На выходе нас ждал сюрприз — огромная толпа старших студентов, разбредшаяся по кучкам. Выглядело странно, но красиво: они стояли выпрямившись, с гордо поднятыми головами и явно ждали всех нулевиков, потому что куратор велел нам остановиться, а затем отдал приказ разойтись по родам. То есть эти группки старших уже разделились по родам.

Ничего удивительного, что в итоге около тан Маррада остались мы с родственничками да Аэлья. Хотя, по логике вещей, нам обеим предстояло присоединиться к роду Даррак. Только она еще не жена, а я вообще непонятно кто, и, если честно, идти к чужим людям не хотелось.

Как-то незаметно наша группка пополнилась остальными членами рода Аргхарай. Все старались встать рядом со мной и при этом выглядели сурово и гордо.

Я вообще не понимала, зачем нужна такая показуха. Чтобы все видели, что только у рода Аргхарай никого из старших нет? Но мы и так в курсе, что здесь как белые вороны. Хотя и не понимаю почему — да, с наследной силой рода родилась я, но отец-то мог провести ритуал для членов своей огромной семьи?

«Не мог, Риша, я же тебе уже объяснял. — Феникс не дремал. — Будь ты рядом, тогда еще да. Не в том объеме, в каком должно, но все же. Для пары-тройки магов. Остальным пришлось бы ждать взросления наследника и обретения им иллами».

«Странно это все. И непонятно».

«А что непонятного? Риша, глава слабеет, когда у него рождается ребенок с наследной силой, и потом его еще долго, как бы ты выразилась, колбасит. Многое становится недоступным, а в норму возвращается постепенно».

«То есть каждый род, когда женится его глава, знает, что этот период будет длительным и болезненным для всех них?»

«Примерно так. Поэтому глава, перед тем как жениться, старается сделать максимально больше запасов: денег, кристаллов, провизии для всего рода. И конечно же провести максимальное количество магов своего рода в хранители».

Пока объяснения Феликса казались путаными, но что-то в голове начало проясняться.

«Для глав великих родов, Риша, это всегда риск. За период взросления наследника род может сильно сдать в позициях, и, откровенно говоря, я очень удивлен, что твой отец сумел сохранить свое место в рейтинге. Поверь, это трудно».

«А они для чего собрались?»

«Ты про старших студентов? — сразу понял иллами. — Так поздравить, Риша. Поздравить и помочь адаптироваться, подробнее разъяснить, что говорил ректор. Теперь они это могут».

«А нам, получается, никто ничего не объяснит? Потому что мы — и есть те старшие?»

«Риша, с вами куратор пообщается или лорд Лейнард. Ты вообще-то под его патронатом. И, думаю, род Даррак тебя ждет, а ты не подходишь…»

«Аэлья тоже не торопится идти к ним».

«А вот это странно. Если ее официально признали невестой, она, невзирая на то, что все еще носит фамилию рода, давшего ей жизнь, уже принадлежит роду Даррак».

Я вздохнула и задумалась. Стоит ли спрашивать Аэлью или не имеет смысла? Ну стоит она около нас, и черт с ней. Пусть стоит, греется, дура блондинистая. Плащ-то подобранный я так и держала, хотя она уже неоднократно косилась на мои руки.

Мы действительно выглядели белыми воронами — двенадцать нулевиков рода Аргхарай и тринадцатая, прибившаяся озябшей птичкой, леди Мариэль.

На самом деле было завидно. Потому что, как и сказал Феликс, старшие студенты поздравляли младших представителей рода, и пусть переговаривались они негромко, но по расслабленным и довольным лицам нулевиков было все понятно. Да, я сильно завидовала — вся такая крутая, отличилась, а похвалить некому. И защитить, в случае чего, тоже.

«Как это некому? — возмутился Феликс. — А как же я?»

«В тебе ни капли не сомневаюсь, но ты ведь понял, о чем именно я думала».

Поддержка старших нам не помешала бы. Особенно в свете главного приза. Шкатулку я все так же прижимала к себе.

Пытаться сохранять гордый и независимый вид на глазах у всех — тоже та еще радость.

— Декан тан Маррад, разрешите спросить? — не выдержав, обратилась к нашему куратору, невозмутимо взиравшему на общение студентов.

— Разрешаю, — усмехнулся он.

— Нам обязательно здесь стоять? Вы же знаете, что из рода Аргхарай мы единственные в академии, напутствия нам точно никто не даст. Просто потому, что некому. — Я смотрела прямо в глаза мужчины. — А нам хотелось бы узнать расписание, выбрать, где поужинать, или купить продукты, если, конечно, теперь можно выходить из общежития.

Мне вообще-то было не очень понятно, на кой черт нас запирали, но, как полагаю, баллы еще и за это давали — за примерное поведение в стрессовой ситуации.

— Из общежития можно выходить только на учебу, — заявил куратор. — И в выходной день, чтобы пополнить запасы продовольствия и погулять по Академгородку.

— Получается, что во время занятий нас будет кормить академия, а если кто-то проголодается ночью, то ждет либо завтрака, либо выходного, чтобы заполнить кухонный блок всем необходимым впрок?

— Верно.