«Нет, слава Богу. Но все они об этом знают. Время от времени это всплывает в новостях, и ты видишь по телевизору людей, которые говорят, что они потрясены, узнав, что их дорогой друг и коллега совершил нечто настолько ужасное». Выражение лица отца было мрачным. «Это чушь собачья. Они знают. Они всегда знают».

«Но почему? Чего они хотят?»

«Они выполняют грязную работу, потому что это сближает их с богатыми и влиятельными людьми. Это дает им влияние, и они используют его для продвижения своих целей».

«Каких целей?»

«Свобода, прогресс, все такое», — пояснил отец. «Существует сотня подгрупп, и у всех у них разные приоритеты. В основном они движутся в одном направлении, но, когда у тебя такая огромная группа, как Крылатые, появляется много мелких различий. И эти мелкие различия имеют большое значение для тех, кто находится на принимающей стороне. Ты сказал мне, что Байрон уже озвучил тебе свое вербовочное предложение, но если бы ты пошел к другому члену Крылатых, он предложил бы тебе другой вариант. Вероятно, они были бы на три четверти одинаковыми, но разногласия по поводу последней четверти могут быть довольно неприятными. Некоторые из тех заданий, которые я выполнял для Байрона, были направлены против других членов Крылатых».

Я не мог больше ждать. Я долго сдерживался, но ждал ответа на этот вопрос очень, очень долго. «Почему ты исчез?»

Мой отец помолчал. «Наконец-то произошло то, от чего я не смог отвернуться», — произнес он наконец. «Мне пришлось выбирать. Остаться с Крылатыми или уйти».

«Что это было?»

«Тебе лучше не знать».

Я нахмурился.

«Я имею в виду буквально», — сказал отец. «Тебе лучше не знать. Потому что тогда, если кто-то из полиции или Крылатых спросит тебя об этом, тебе не придется лгать, когда ты скажешь, что не знаешь».

«Полиции...?»

«Ну, скорее всего, не полиции», — поправился отец. «Крылатые не могли взвалить всю вину на меня — слишком много грязи. Поэтому им пришлось замять дело. А я тем временем исчез. У меня было как раз достаточно времени, чтобы оставить тебе письмо, прежде чем пришлось бежать».

«Почему?»

«Потому что я знал, что первое место, где Крылатые начнут искать меня, - это у тебя», — сказал отец. «И если они не смогут сразу поймать меня, их следующим шагом было бы отправиться за тобой. Это не хорошие люди, Стивен. Они не играют по правилам. Похищение ребенка и угрозы причинить ему вред или убить, если родитель не будет сотрудничать, — это абсолютно в их стиле».

«Тогда почему они не...?»

«Потому что я приложил много усилий, чтобы этого не произошло», — сказал отец. «Как только я понял, что ты можешь стать мишенью, то начал готовиться. Каждый раз, когда я был с другими парнями на работе и заходит разговор на эту тему, я рассказывал, как плохо у нас с тобой складываются отношения и как я подумываю просто уйти и никогда не возвращаться. Вероятно, у Крылатых есть парни, которые даже никогда не встречали меня, но думают, что мы с тобой абсолютно ненавидим друг друга, настолько я убедительно это преподносил. Так что, если ты когда-нибудь столкнешься с ними, они, вероятно, будут считать, что у тебя самый серьезный случай «проблем с отцом», известный человечеству».

«Э-э, спасибо».

«Не за что. Следующим шагом было убедиться, что они не смогут со мной поговорить. Довольно сложно шантажировать кого-то, если у тебя нет возможности связаться с ним. Я не мог спрятать или охранять тебя настолько хорошо, чтобы они не смогли тебя достать, но мог исчезнуть настолько хорошо, чтобы они не смогли меня найти. Вот что я и сделал».

«Ты мог взять меня с собой».

«Нет, не мог».

«Я бы поехал, если бы ты попросил».

«Да, и именно поэтому я этого не сделал. Ты не понимаешь, на что бы подписался. Послушай, Стивен, я знаю, что твоя жизнь была тяжелой в последние несколько лет, но как бы тяжело ни было, сколько бы тебе ни пришлось пережить, у тебя все равно была жизнь. У тебя были друзья, работа, нормальное жилье. Тебе не приходилось спать в гостиничных номерах с пистолетом под подушкой».

«Ты все равно мог дать мне выбор», — нахмурился я. В моем голосе слышалась обида, но я ничего не мог с этим поделать.

«Нет, не мог», – отрезал отец, подчеркнув это слово. «Если бы ты связал себя со мной, у тебя не было бы никаких шансов на нормальную жизнь, никогда. Я вляпался во всю эту дурацкую историю, потому что хотел тебе помочь».

«И ты даже не подумал хотя бы спросить?»

«Нет», – решительно ответил мой отец. «Я знал, что ты хочешь, чтобы я остался. Знал, что, уехав, я сделаю твою жизнь довольно тяжелой и одинокой на долгое время. Но когда у тебя есть дети, твоя задача — делать то, что лучше для них, а не то, что сделает их счастливыми прямо сейчас. Я ненавижу себя за то, что оставил тебя одного так надолго, и если бы мог вернуться назад, то многое бы сделал по-другому. Но уехать... это не одно из таких решений. Учитывая ситуацию, я без колебаний опять поступил бы так же. Независимо от того, насколько это больно».