«Ты облажался, потому что не был достаточно избирателен», — указал отец. «Обычно такие вещи начинают с людьми, которые уже знакомы друг с другом. Учились вместе в школе, служили вместе в армии, являются двоюродными братьями или типа того. Все, что позволяет тебе очень хорошо их знать, чтобы быть уверенным, что начинаешь с правильными людьми. Ты начал с неправильными».

«Что с ними было не так?»

«Они были не того типа», — пояснил мой отец. «Смотри». Он взял листок бумаги и начал рисовать схему. «Когда создается что-то новое, всегда есть определенный тип людей, которые делают всю тяжелую работу. Те, кто придумывают идеи, работают больше всех и наиболее преданны делу. В разных областях их называют по-разному — руководители, основатели, партнеры. Они всегда немного странные, немного одержимые. А еще есть остальные. Те, кто просто хотят получать зарплату, повеселиться и забыть о работе, когда уходят домой. Они не так преданны, не в том же смысле.

Когда ты создаешь что-то новое, что-то большое, тебе нужны только люди первого типа. Ты ищешь фанатиков, а не последователей. Позже, когда фундамент будет заложен и тебе понадобятся дополнительные руки, тогда ты привлечешь последователей. Но с ними всегда все немного транзакционно, понимаешь? Деньги вперед».

«Ты имеешь ввиду, что Павел и Антон из таких людей».

«Я знал много таких, как они, когда работал в охране», — кивнул отец. «Хорошие ребята, на них можно положиться в драке, но ты не просишь их работать бесплатно, понимаешь? Для них это просто работа».

«А Бриджит?»

«То же самое, только вместо денег у нее развлечение. В смысле, она же тебе сказала, что делает это просто для удовольствия. Она не будет работать ночами».

«Так что остается... кто? Только Колин?»

«Когда ты занимаешься чем-то подобным, если не отвергаешь большинство людей, на которых смотришь, то делаешь это неправильно», — пояснил отец. «Самое важное решение — не то, что ты делаешь, а то, кого ты выбираешь, и самое худшее, что можно сделать, — это обременить себя людьми, на которых нельзя положиться».

«Наверное».

«Но вот тебе один совет», — добавил отец. «Если ты серьезно настроен работать с Колином, скажи ему правду».

«Я сказал ему правду».

«Не всю. Чтобы такое дело работало, ты и твой напарник должны быть на одной волне. Если вы оба хотите разного, то лучше выяснить это в начале. Потому что, если ты этого не сделаешь, то выяснишь позже, и можешь поспорить на свою задницу, если поступишь так, это вызовет в десять раз больше проблем».

Я молчал. Я тоже не был до конца честен с отцом: рассказал ему о Вермилионе и отце Хоуке, но не о своем даре. Или о своих смутных подозрениях о том, что может за этим стоять.

«В любом случае», — продолжил отец. «Вернемся к Вермилиону и Крылатым. Я хочу, чтобы ты рассказал мне о том разговоре в Стратфорде».

Я так и сделал. Папа внимательно слушал, задавая вопросы и заставляя меня повторять точные слова Вермилиона, насколько я их запомнил. К тому времени, как мы закончили, на кофейном столике стояла вторая открытая бутылка яблочного сока.

«Хорошо», — наконец сказал папа. «Все не так плохо, как могло бы быть».

«Этот парень приставил нож к моему горлу прямо напротив станции Стратфорд».

«Я не сказал, что это хорошо. Просто могло быть хуже. Все это время я больше всего боялся, что Крылатые просто похитят тебя. Если они все еще пытаются уговорить тебя присоединиться к ним, у тебя есть время на раздумье».

«А что будет, если я откажусь?»

«Ты собираешься отказаться?»

«Да», — ответил я. Из всех вариантов присоединение к Крылатым по-прежнему казалось мне самым худшим. Я не собирался рассматривать его, пока у меня не будет абсолютно никакого другого выбора.

«Но они этого не знают», — заметил отец. «Поэтому тебе нужно как можно дольше сохранять неопределенность. Пока они видят в тебе потенциального кандидата, то будут ждать».

«Это будет работать вечно?»

«Нет», — признал отец. «Ты должен помнить, что специальность этих людей - манипуляция. Ты не сможешь обманывать их вечно, но можешь выиграть время. С двухнедельной давности пошел отсчет времени. У тебя есть значительный, но не безграничный запас времени, прежде чем Крылатые потеряют терпение. Используй его с умом».

«Не думаю, что у тебя есть какие-то отличные идеи, как это сделать», — вздохнул я. Отец не сказал мне ничего такого, чего я бы уже не знал.

«Честно?» — спросил папа. «Твой план рейдерства? Он неплохой. Я могу показать тебе, как защищаться и сделать себя более сложной мишенью, но тебе будет очень трудно противостоять передовым отрядам Крылатых без лучших сиглов. И мне неприятно это говорить, но это твой самый реальный шанс их получить».

«Ты думаешь, у меня получится?»