"Вермилион сказал что-то о том, что у Марка остался последний шанс", - сказал я. "Что это значит?"

"В таких культах, как "Крылатые", существует резкое разделение между рядовыми членами и внутренним кругом", - произнес отец Хоук. "Подавляющее большинство - это те, кого можно назвать соратниками. Адвокат, который выручает членов, когда их арестовывают, администратор, который оказывает им услуги в обмен на особые условия, мускулы, которых они нанимают на стороне. Большинство из них на самом деле вообще не считают себя членами. После этого идут претенденты - те, кто пытается подняться по карьерной лестнице". Отец Хоук сделал паузу. "Человек, которого ты называешь Байроном, входит во внутренний круг. Я никогда не встречал этого Вермилиона, но ожидаю, что он будет таким же. Парень, которого ты называешь Марком, - адепт. Он пытается проникнуть внутрь".

"Как это происходит?"

"Двумя способами", - сказал отец Хоук. "Первый - и это путь, о котором мечтает большинство претендентов, - это быть замеченным. Просто оставайся верным себе и живи выбранной жизнью, и вселенная сама поднимет голову и обратит внимание на то, насколько ты впечатляющ. К несчастью для них, то, что они считают достойным внимания, и то, что считает достойным внимания Вселенная, редко совпадают".

Я не был уверен, что это значит. "А как по-другому?"

"Претендент может обратиться к члену Внутреннего круга в надежде получить непосредственную поддержку", - пояснил отец Хоук. "Некоторые из них готовы провести претендента через определенные ритуалы, призванные показать его преданность. В случае с Крылатыми это чаще всего принимает форму систематического нарушения социальных табу".

"И это работает?"

"Как правило, нет", - сказал отец Хоук. "Довольно часто спонсор, в первую очередь, не имеет реального намерения воспитывать претендента. И даже если он это делает, наиболее распространенным результатом является то, что претендент просто бьется головой о стену, пока что-то не сломается. Но время от времени это действительно срабатывает, и соискатель получает именно то, что хотел. За определенную цену".

"Думаете, с Марком именно это и происходит?"- спросил я. "Он в отчаянии, потому что не может пробиться?"

"Как долго он был с Байроном?"

Впервые я столкнулся с Марком в мае прошлого года. "Не меньше девяти месяцев".

Отец Хоук кивнул. "Среди Крылатых восходящая звезда прошлой недели может стать позорной обузой на этой. Если он чувствует, что у него осталось мало времени, он, вероятно, прав".

"Так что же мне делать?"

"Не думаю, что тебе нужен мой совет", - сказал отец Хоук. "Тебе не нужно ничего делать. Просто держись подальше, и он так или иначе самоуничтожится".

Я молчал.

"Но это не единственное, что тебя беспокоит", - заметил отец Хоук. "Не так ли?"

"Перед тем как напасть, Вермилион рассказал мне кое-что". Я посмотрел на отца Хоука, внимательно наблюдая за ним. Это была та часть, на которую я действительно хотел получить ответ. "Он сказал, что если я действительно тот, за кого меня выдают, то рано или поздно мы столкнемся".

Я сделал паузу. Отец Хоук никак не отреагировал. "Продолжай", - сказал он.

"Вот и все. Что он имел в виду?"

Отец Хоук секунду изучал меня. "Думаю, ты уже знаешь".

Я нахмурился. "Нет".

"Правда?"- спросил отец Хоук. "У тебя есть все части. Ты достаточно сообразителен, чтобы сложить их воедино. Я думаю, ты просто боишься того, каким может быть ответ". Он поднялся на ноги. "Подумай над этим. Потом приходи ко мне, когда будешь готов".

После ухода отца Хоука я еще некоторое время сидел, уставившись на дверь.

***

В следующие несколько дней в моей жизни преобладали процедуры друкрафта, которые либо проводились, либо контролировались доктором Сайни. Исцеление с помощью друкрафта оказалось более длительным, чем я ожидал: то, что доктор Сайни назвал "первым этапом", было сделано за один день, но после этого последовало несколько сеансов со специализированным сиглом, предназначенным для ускорения восстановления мышц. Доктор Сайни объяснил, что быстро вылечить рану на ноге несложно, главное - не допустить длительной потери работоспособности. Поэтому лечение проходило в виде сеансов с восстановительным сиглом, перемежающихся с сеансами физиотерапии, во время которых нога прорабатывалась, чтобы ни одна из групп мышц не была ослаблена. Кроме того, в результате удара по предплечью у меня был поврежден нерв, чего я тогда даже не заметил, но из-за этого движения руки были слегка ограничены. Для восстановления этого потребовалось еще несколько сеансов.