"Очевидно, ты должен стать его заменой?"- добавил Вермилион. Он критически оглядел меня. “Думаю, я могу это понять".

Мои мысли вернулись к тому текстовому разговору с Байроном. Я не брал на себя никаких обязательств, и мы ничего не делали...

...но Марк этого не знал. А если бы он увидел мое имя в телефоне Байрона, то знал бы только то, что мы все еще на связи. "У меня нет никаких дел с Байроном".

"Ты отказал ему, верно?" Вермилион кивнул. "Я постоянно говорю Марку, что так и надо. Байрону нравится погоня. Если ты начинаешь вести себя, как нуждающийся, ему становится скучно. Марку следовало бы брать уроки, а не пытаться тебя убить".

Я действительно не понимал, о чем говорит этот парень, но... "Может, я могу дать ему несколько советов?"

Вермилион пренебрежительно махнул ножом. "Нет, слишком поздно для этого. В любом случае, у Марка остался последний шанс. Он просто надеется, что, если я уберу тебя из игры, Байрон обратит на него внимание достаточно надолго, чтобы дать ему еще один".

"Да, тебе... на самом деле не обязательно бить меня ножом, чтобы вывести из игры", - проговорил я. "Если бы я знал, что это произойдет, я бы уже вышел из игры. Далеко за горизонт". Черт возьми, я даже не представлял, во что ввязался, разговаривая с Байроном. Эти люди были безумны.

"Ну..." сказал Вермилион. "Честно? Это не настоящая причина, по которой я здесь. Я имею в виду, если бы Байрон просто искал новую игрушку, я бы посоветовал Марку смириться и перестать быть плаксивой маленькой сучкой. Но если ты действительно такой, как он говорит... Что ж, рано или поздно нам придется столкнуться лицом к лицу. Так что я хочу посмотреть, из чего ты сделан".

"...Что?"

"О!" Вермилион щелкнул пальцами. "Только что вспомнил". Он опустил взгляд на защитные очки, которые держал в левой руке. "Здесь есть регулятор яркости, который можно уменьшить". Он перехватил нож и начал настраивать шкалу.

Я не стал ждать, пока он закончит. Вытянул левую руку и включил свою вспышку на полную мощность, послав ослепительный свет в его незащищенное лицо.

Но, открыв глаза, я увидел, что Вермилион даже не удосужился посмотреть в мою сторону. "Придется придумать что-нибудь получше", - сказал он мне.

Я почувствовал озноб. Вермилион почувствовал, что я активировал свой сигл, и закрыл глаза в то же время, что и я. Впервые мне противостоял человек, чьи способности к друкрафту не уступали моим.

"Хорошо, - сказал Вермилион. Он водрузил защитные очки на лоб, слегка поправляя их, и в этот момент выражение его лица изменилось, непринужденное, почти игривое выражение исчезло. Он опустил защитные очки, прикрыв глаза. "Давай сделаем это".

Изображение Вермилиона замерцало и исчезло, и он сделал выпад. Я уже двигался, отпрыгивая назад, активировал свои дифракционный и зрительный сиглы и нанес удар в направлении его головы, причем все сразу. Приземлившись, я сменил направление, уклонившись влево. Я знал, что невидимость не скроет меня полностью, но надеялся, что это поможет мне выиграть немного времени.

Но не вышло.

Красное пятно двинулось в мою сторону, когда Вермилион проследил за моим уклонением. Я заметил какое-то движение и поднял руки в боксерской стойке, съежившись от осознания того, что сейчас произойдет.

Когда нож вонзился мне в предплечье, вспыхнула боль, сопровождаемая тошнотворным скрежетом металла о кость. Не видя ни Вермилиона, ни его лезвия, я выстрелил хлопком и сделал еще одну вспышку, подняв руки к предплечьям в отчаянной попытке удержать нож подальше от лица и тела. Боль огненными линиями потекла по рукам, когда лезвие снова вонзилось в меня.

Я ударил ногой и почувствовал толчок, когда мой ботинок попал в цель; Вермилион охнул, а я воспользовался возможностью отпрыгнуть назад. Руки были мокрыми от крови, их жгло. Я сбросил невидимость и послал эссенцию в свой новый сигл.

Мир вокруг словно померк, эссенция пульсировала у меня перед глазами, когда он трансформировал свет в темноту. Мой сигл "человек-тень" создавал односторонний эффект сумрака, превращая исходящий свет в эссенцию и оставляя входящий свет нетронутым. С моей точки зрения, это создавало странный, туманный эффект, поскольку окружающий меня свет был приглушен. Это было жутковато, но я все еще мог видеть.

Для Вермилиона это выглядело совсем по-другому. Я уже сражался с парнем с сиглом “человека-тени” и знал, что Вермилиону я кажусь человекообразной массой тьмы, больше меня на целый фут, полупрозрачной и размытой по краям и погружающейся в абсолютную черноту в центре. Если не знать, что это, выглядит такое чертовски пугающе.

Красное пятно Вермиллиона замерло, затем двинулось вперед. Теперь его движения были медленнее и осторожнее. Я скорее почувствовал, чем увидел, как он сделал выпад, и быстро отпрянул назад; послышался свист лезвия, рассекающего воздух, но он не последовал за мной мгновенно.