Игнас - самый старший из литовцев, крепко сложенный мужчина с щетиной, отросшей за несколько дней, и волосами с проседью. Я знал его с тех пор, как переехал на Фоксден-роуд, и он был очень дружелюбен до прошлой недели, когда пара эшфордских оружейников похитила меня и держала остальных литовцев на мушке, чтобы они не вмешивались.

Двое других литовцев, Матис и Влад, восприняли это довольно спокойно, учитывая все обстоятельства. Они были моложе Игнаса и более склонны воспринимать все это как приключение, по крайней мере после того, как мне удалось убедить их, что я не занимаюсь торговлей наркотиками, людьми или чем-то подобным. Игнас, однако, молчал во время разговора и с тех пор не сводил с меня взгляда. Я знал, что ему есть что сказать.

Игнас протиснулся мимо, затем повернулся. "На прошлой неделе", - сказал он мне. "Те люди. Будут еще проблемы?"

"Нет", - повторил я, качая головой. "Больше никаких проблем".

"Хорошо", - кивнул Игнас и снова замолчал.

Мы неловко постояли несколько мгновений.

"Моя жена ушла на работу", - внезапно сказал Игнас.

"Я думал, она работает днем", - сказал я. Я был слегка удивлен: Игнас обычно не говорил о своей жене.

"У нее две работы", - пояснил он. "Я говорю ей, что не стоит, что она должна сидеть дома, но..." Он пожал плечами. "Мы хотим завести ребенка в этом году".

"О", - сказал я. "Э-э... поздравляю".

"Спасибо", - ответил Игнас, затем сделал паузу. "Мы сделаем это... В доме должно быть безопасно".

О, подумал я, и мое сердце упало.

Игнас посмотрел на меня. "Ты понимаешь?"

Я кивнул.

"Больше никаких людей с оружием", - сказал Игнас. "Хорошо?"

Я хотел сказать, что это сделал не я, но знал, что Игнас прав. Те двое оружейников оказались здесь из-за меня. Я не хотел, чтобы они приходили, но если бы кто-то нажал на курок, это не имело бы значения. "Хорошо", - сказал я ему.

Игнас кивнул и ушел. Я пошел в ванную.

Мне хотелось принять горячий душ, но вместо этого получил чуть теплый - отопление в этом доме не работает с прошлой зимы, а хозяин слишком скуп, чтобы починить его. Однако, когда я мыл голову шампунем, мои мысли были не столько о холоде, сколько об Игнасе.

Я привык к тому, что из-за моих ошибок у меня бывают неприятности. Но то, что из-за них у других людей бывают неприятности, было для меня новым чувством, и оно мне не очень нравилось. Хуже всего было то, что я не видел простого способа остановить это. Я уладил отношения с Эшфордами - более или менее, - но факт оставался фактом: в любой момент они или кто-либо другой могли прислать своих головорезов для постановки "Похищения III: Возмездие", и даже если бы мне удалось сбежать, это не помешало бы им случайно... или намеренно подставить под перекрестный огонь кого-нибудь еще.

Все это казалось очень несправедливым. В фильмах герои вступают в драку и просто уходят. Им не приходится потом разгребать последствия. Сейчас все было тихо, но если ситуация изменится, что я смогу сделать? Съехать? У меня не было денег, чтобы продолжать это делать, да и это ничего не решит...

Я закончил принимать душ, дрожа, вытерся полотенцем и, поморщившись, натянул одежду. На теле виднелись красные следы от ударов, которые, я знал, будут очень болеть впоследствии. Я пожалел, что мой сигл не умеет лечить синяки. Он предназначен для лечения внутренних кровотечений, и можно было бы подумать, что он применим к синякам, но, очевидно, это не так. Затем еще немного потер волосы полотенцем, пока они полностью не высохли, и тогда у меня закончились все отговорки, чтобы тянуть время.

Я вернулся в свою комнату.

Колин сидел на единственном стуле с выжидательным видом. Моя комната мала даже для меня, а с Колином в ней и вовсе не было свободного места. Он уже задернул шторы. Снаружи над крышами доносились звуки ночного Лондона, но здесь были только мы.

"Хорошо", - кивнул я. Я запер дверь и бросил мокрую одежду в корзину для белья. "Как ты хочешь это сделать?"

"Начни с самого начала", - предложил мне Колин.

Я сел на кровать и начал.

Глава 2

То, чему ты был свидетелем в прошлое воскресенье, называется "друкрафт", - пояснил я Колину. "В нем используется ресурс, называемый эссенцией, чтобы творить... ну, то, что ты, наверное, назвал бы магическими заклинаниями".

"Заклинания", - сказал Колин.

"Да".

"Но ты не произнес ни одного магического слова".

"Нет".

"Значит... это как что? Псионика из D&D?"

"Что-то вроде этого".

Колин сидел и смотрел на меня. "Почему это работает?" - спросил он наконец.

"Эссенция".

"Что такое эссенция?"