Руки цеплялись за меня, но я рванул прочь, со всех ног сбегая по заросшему травой склону. Слышались крики, но не было понятно, преследует ли меня кто-нибудь. Я несся прочь от Колодца по траве, пока мои ноги не коснулись бетонной дорожки Гринвея, но и тут не сбавил скорость. Только пробежав тридцать или сорок ярдов, я рискнул оглянуться.

Никто меня не преследовал. Когда я замедлил бег, то увидел две или три фигуры, вышедшие на Гринвей, но они двигались недостаточно быстро, чтобы догнать меня. Один из них указал в мою сторону и позвал остальных.

Я бросил последний разочарованный взгляд на Колодец и побежал дальше.

***

Я замедлил бег у Пудинг-Милл-Лейн, а затем перешел на шаг, когда добрался до шоссе A11. Машины сновали взад и вперед по дороге, их поток превращал дождь в спираль. Я направился в Стратфорд, время от времени оглядываясь через плечо. Но тротуар позади был пуст, и когда поворот скрылся за холмом, я понял, что нахожусь в безопасности.

Пока я шел, адреналин, полученный в драке, начал улетучиваться, оставляя меня уставшим, страдающим и несчастным. Бывало, что меня били и посильнее, но получить удар - это одно, а получить удар и проиграть - гораздо хуже.

Но самое обидное, что они даже не были хорошими рейдерами. За последние шесть месяцев у меня была серия стычек с некоторыми тяжеловесами мира друкрафта, от домашней охраны до корпоративных солдат… не совсем друкрафтовский эквивалент Премьер-лиги, но близко. И, конечно, в большинстве из них я не то чтобы побеждал, но держался молодцом. После всего, через что мне пришлось пройти, я начал чувствовать себя довольно крепким.

Мне следовало бы догадаться. Самоуверенность в уличной драке - всегда ошибка. При всех моих знаниях и тренировках я не мог ничего противопоставить банде головорезов, которые просто набросились на меня и попытались выбить все дерьмо.

Я спрятался в дверном проеме одного из небоскребов Стратфорда и включил приложение, но знал, что это пустая трата времени. В том приложении, которое я использую для регистрации Колодцев, нет кнопки "атакован рейдерами". Все, что я мог сделать, это позвонить на телефонную линию "Линфорд", и, как обычно, получил автоматический ответ с просьбой оставить сообщение. Я не знаю, слушает ли кто-нибудь вообще подобные вещи; теоретически у меня должен быть руководитель, но я никогда с ним не встречался. Скорее всего, в "Линфорд" проигнорируют мое сообщение, явятся к Колодцу через день или два и обнаружат, что он осушен, и тогда меня обвинят в том, что я вызвал их к несуществующему Колодцу.

Вздохнув, я вышел под дождь и направился домой. День рождения выдался действительно паршивым.

***

К тому времени, как я свернул на свою дорогу, дождь ослабел до моросящего. По привычке я осмотрел улицу. Ни подозрительных машин, ни групп мужчин, никого у двери...

Но у моей двери кто-то был.

Я мгновенно насторожился, но, приглядевшись, расслабился. Фигура была невысокого роста и пряталась под бело-синим зонтом для гольфа, почти таким же большим, как и он сам. Я вроде бы узнал силуэт, и я определенно узнал зонт. "Что ты здесь делаешь?"- окликнул я.

"Жду тебя, как ты думаешь?" - крикнула в ответ фигура из-под зонта.

Я внутренне вздохнул. Я знал, зачем он здесь.

Колин младше меня на несколько месяцев, в его внешности смешались черты отца-китайца и матери-англичанки. Сейчас, когда он учится в университете, мы видимся не так часто, но он по-прежнему мой самый близкий друг, и когда в начале года у меня возникли проблемы, я обратился за помощью именно к нему. Колин оказал мне большую помощь, но мне пришлось пообещать, что, когда все закончится, я расскажу ему правду о том, что происходит. Тогда мне казалось, что это вполне безопасное обещание, поскольку я делал это уже несколько раз, и он мне не верил, но так было до прошлой воскресной ночи, когда штурмовая группа корпорации ворвалась в Колодец Эшфордов.

Мы с Колином оказались в центре событий, и я использовал свой сигл невидимости, чтобы исчезнуть прямо у него на глазах.

Неудивительно, что он хотел получить ответы.

"Слушай, у меня был очень длинный день", - попытался я. "Мы можем сделать это завтра или...?"

"Нет", - отрезал Колин, свирепо глядя на меня из-под зонта. "Ты всю неделю откладывал. Ты обещал, что расскажешь мне правду, и ты это сделаешь, или, помоги мне бог, я буду надирать тебе задницу, пока ты этого не сделаешь".

"Хорошо, хорошо. Только дай мне прибраться, ладно?"

Я открыл дверь, и мы вошли внутрь. Мой дом на Фоксден-роуд маленький и тесный, и я делю его с группой литовцев. Из спальни на первом этаже доносился звук телевизора - как и в большинстве таких домов, гостиная превращена в дополнительную спальню, чтобы втиснуть в нее максимальное количество жильцов. Моя комната находится на втором этаже; я отправил Колина подождать, затем схватил кое-какую одежду и направился в ванную.

Она была занята. Я постучал в дверь, услышал, как отозвался мужской голос, затем прислонился к перилам и стал ждать. Через пару минут дверь открылась, и на пороге появился Игнас в жилете без рукавов и с полотенцем на шее. Увидев меня, он приостановился.