Раздался визг тормозов и глухой удар. Я оглянулся и увидел Дизеля, склонившегося над капотом машины; он не выглядел раненым, но это его замедлило. Впереди виднелась вывеска "Сейнсбери", за ней - наполовину заполненная парковка и огромный супермаркет, за окнами от пола до потолка сияли белые огни и ряды с товарами.

Я побежал на парковку. Магазин "Сейнсбери" был еще открыт, и люди входили и выходили с тележками и пакетами с покупками. Я вошел через раздвижные двери, замедляя шаг. Слева и справа тянулись десятки проходов; я прошел по ближайшему из них, затем присел на корточки на первом же перекрестке, выглядывая из-за угла в направлении входа.

Через десять секунд в дверях появился Дизель. Он выглядел взбешенным, но машина явно не причинила ему особого вреда. Он окинул взглядом кассы, затем прошел вперед, направляясь к проходу слева от меня.

Как только он скрылся из виду, я поднялся и быстро пошел обратно по проходу. Полки были достаточно высокими, чтобы из-за них ничего не было видно. Я прошел мимо кассовых аппаратов, через раздвижные двери и вышел в ночь.

На парковке было тихо. На автостраде я заметил пробку и несколько человек, смотревших в нашу сторону. Я повернул направо и побежал трусцой вдоль обочины парковки, мимо строительной площадки, а затем в большой торговый парк. В ночи вырисовывались другие магазины, и с каждым пройденным поворотом я чувствовал, как из меня уходит крошечная толика напряжения. Наконец я увидел автобусную остановку. Автобус как раз выезжал из-за угла, и я узнал маршрут, который должен был отвезти меня домой.

Я подошел к остановке и встал позади двух других людей. Автобус подъехал, я вошел в него, поднес бумажник к считывающему устройству и нашел свободное место. Двери с шипением закрылись, автобус тронулся, а я пригнулся, глядя в окно, готовый скрыться из виду. Я оставался в таком положении, готовый и настороженный, пока автобус не выехал из торгового парка на главную дорогу. Только когда огни последних магазинов скрылись за спиной, мне удалось, наконец, расслабился.

ГЛАВА 4

Автобус направился на юг, к реке, делая длинную петлю, которая должна была обогнуть Галлионс-Рич, а затем на северо-запад, в сторону Плейстоу. Мимо проплывали городские огни, желтые угольки в темноте.

Теперь, когда я был в безопасности, то наконец понял, как сильно испугался. Это было ужасно. Что бы случилось, если бы у меня в кармане не было сигла? Или если бы Игнас не заметил, что происходит? Я, вероятно, все еще был бы в том фургоне… или куда там они собирались меня отвезти.

Холодная и еще более пугающая мысль пришла мне в голову. Неужели то же самое случилось с моим отцом?

Если посмотреть на это с другой стороны, то все происходящее приобретало ужасный смысл. Мой отец бесследно исчез, и если бы мне не удалось сбежать от Дизеля, то и я бы тоже. Люселла не знала имени моего отца, но я не мог поверить, что все это просто совпадение.

Второе, что я осознал, - это то, что я был слишком пассивен и доверчив. Чем больше я думал о том, что сделал этим вечером, тем больше замечал, как много глупых ошибок совершил. Я не должен был впускать Люселлу, не должен был показывать ей свой сигл и уж точно не должен был сидеть, как идиот, и ждать, когда она вернется. А когда появился отряд головорезов, я должен был позвать на помощь, а не пытаться разобраться с этим самому. Мне повезло, что я вообще спасся.

Что ж, что сделано, то сделано. Все, что я мог сделать, это в следующий раз быть менее наивным.

Последнее, что я осознал, - это то, что у меня сильно болит голова. На груди и плече ощущались синяки, но хуже всего было с головой - пульсирующая боль отдавалась с левой стороны. Это было настолько плохо, что, если бы я позволил себе сосредоточиться на этом, меня бы стошнило.

Я хотел проведать Хоббса, но не мог пойти домой: Люселла и Шрам первым делом заглянули бы именно туда. Мне нужно было где-то спрятаться.

***

Уайтчепел был наполнен шумом и разговорами, в воздухе витал запах выброшенных овощей и фруктов с дневного рынка.Я нашел здание, которое искал, и позвонил в дверь.

Колин появился в дверях через минуту. На нем была футболка и спортивные штаны, волосы были растрепаны. Казалось, он собирался пожаловаться на то, что уже поздно, но когда взглянул на меня, его брови взлетели вверх. "Господи, чувак. Что с тобой случилось?"

"Мне нужно где-нибудь переночевать", - сказал я ему. "Пожалуйста?"

***

Колин живет в большом здании, используемом для проживания студентов, с комплектами из трех квартир, в каждой из которых есть общая кухня и ванная. В комнате царил беспорядок, она была полна грязной одежды и пустых бутылок. Я сел на единственный в комнате стул, прислонившись к столу, чтобы не упасть.

"Вот, держи, - сказала Натали, протягивая мне несколько таблеток. "Ибупрофен". Натали - нынешняя девушка Колина, высокая, плотного телосложения, с простым дружелюбным лицом. Я всегда считал ее суровой, но с тех пор, как я вошел, в ней неожиданно проявились материнские чувства.

"И чай с лимоном", - сказал Колин, ставя на стол дымящуюся кружку. "Выпей это, и я принесу тебе еще, хорошо?"