— Я не фейри, но всё равно спасибо. Здесь так не принято. Моя мама поговорит с их матерями. Хотя, когда она с ними закончит, они, возможно, захотят, чтобы их казнили.

Киаран недовольно фыркает, его пальцы скользят к бретелькам моего платья.

— А что на тебе надето?

— Сегодня в школе выпускной бал, — отвечаю я, с тоской глядя на розовые блёстки и органзу. — Я собиралась пойти, но не могу с такой причёской.

Я надела это платье только, чтобы угодить маме. Она потратила на него кучу денег и убедила себя, что сможет уговорить меня пойти на танцы, если я почувствую себя красивой.

Ну, а платье за двести долларов только подчёркивает, насколько нелепо смотрится моя голова на моём теле.

Не передать словами.

Киаран прочищает горло.

— Ты собиралась пойти на этот бал с… кавалером?

— Кавалером? — Я поднимаю взгляд, видя напряжённое лицо Киарана. — О, ты имеешь в виду свидание. Нет. Меня никто не приглашал. Я просто собиралась прийти одна. Не хочу пропускать школьные развлечения только потому, что никому не нравлюсь. — Мои глаза снова наполняются влагой, когда я думаю о сегодняшнем вечере.

— Я просто хотела быть нормальной. На один вечер я хотела почувствовать, что вписываюсь в общество. Очевидно, этого не будет. Не сейчас. Никогда. Я сдаюсь. Я уже собираюсь спросить маму, остаётся ли в силе её предложение о домашнем обучении.

Киаран снова обнимает меня.

— Куинн, ты никогда не будешь нормальной. Ты слишком добрая, слишком умная и слишком красивая, чтобы тебя ставили в один ряд с этими идиотами.

— Спасибо, — говорю я. Это приемлемый ответ, даже если я с ним не согласна.

— Миледи, для меня будет большой честью, если вы позволите мне станцевать с вами этот танец. — Когда он отступает и предлагает мне руку, рукав его рубашки задирается.

Я ахаю, увидев на его коже полоску красных волдырей толщиной в три сантиметра.

— Что случилось с твоим запястьем?

Он пожимает плечами.

— Железные кандалы. Гиа бросила мне вызов за корону.

— Снова?

— И я победил, — ухмыляется он. — Снова и в последний раз.

Испытывая отвращение к жестокости семьи Киарана, я кусаю внутреннюю сторону щеки, чтобы не сказать что-нибудь ужасное.

Зная его два с половиной года, я всё ещё не понимаю обычаев фейри. Для них кровопролитие — это просто описание обычного вторника. Они часто жестоки и безжалостны.

Его собственная сестра использовала железо против него во время драки. Хотя это под большим запретом, учитывая, что железо их мгновенно обжигает.

Судя по всему, Гиа жаждет власти. Она в предвкушении возможности занять её место, но она вторая в очереди. Киаран — законный наследник, по праву рождения и по силе. Он веками оттачивал свои боевые навыки. Он непобедим, хотя и может полагаться лишь на четыре чувства.

Подводя итог, можно сказать, что он крутейший парень эпических масштабов.

Мы с братом не близки — так бывает, когда разница в возрасте пятнадцать лет, — но я знаю, что он меня любит. Мои родители хотели только одного ребёнка. Они спланировали это, добились этого и думали, что всё. Я была тем «сюрпризом», которого моя мама никак не ожидала в свои сорок семь. Она даже не знала, что беременна мной. Она просто думала, что набрала вес, а потом однажды у неё начались схватки, и она родила меня в ванной.

Иногда я думаю, не поэтому ли она так снисходительна ко мне. Не буду врать, мне многое сходит с рук. Она просто слишком устала, чтобы удержать меня от ежедневных побегов в лес.

— Гиа тебя ранила. — Сжав губы, я осматриваю рану, стараясь не прикасаться к ней. — Это неправильно. Она твоя семья.

— Она, по-своему, считает, что делает мне одолжение. Она думает, что, заняв моё место, облегчит мне жизнь.

— Держу пари, ей очень обидно, что её избил слепой мужик, — шучу я.

Киаран усмехается.

— И однорукий к тому же. Не беспокойся обо мне. К тому времени, как мы закончим танец, рана заживёт.

Я вздыхаю. Как бы мне ни хотелось с ним нянчиться, он прав. Большому, страшному королю фейри не нужно, чтобы я залечивала его раны.

— Хорошо. — Неловко вложив свою руку в его, я кладу другую руку ему на плечо.

Я не умею танцевать, и музыки нет. Но это неважно. Это гораздо лучше любого школьного бала.

Киаран закрывает глаза, и я чувствую, как его сила нарастает. Волосы на руках встают дыбом, а кожу головы покалывает.

Внезапно вокруг нас мигают сотни светлячков, мерцая, и сверчки начинают стрекотать. Их стрекотание меняется и сливается, пока не сливается в завораживающую мелодию.

Способность Киарана убеждать природу — впечатляющая сила, и она никогда не перестаёт меня удивлять.

Теперь у меня на глаза набегают слёзы по другой причине.

— Какая красота!

— Только самое лучшее для тебя, юной леди.