Она помогает мне снять колготки и кладет мою одежду на стул в углу комнаты. Я не могу вспомнить, когда мама в последний раз укладывала меня спать, но я принимаю этот комфорт и безопасность.

– Я не хочу, чтобы ты тратила ещё хоть каплю энергии на Такера или на то, что он может или не может сделать дальше. Бессмысленно пытаться контролировать то, что делают мужчины, особенно такие, как он.

Я обратила внимание на то, как она сказала “как он”. Она зла не меньше папы.

Я опускаю голову на мягкую подушку, знакомый и редкий аромат дома наполняет меня.

– Хотела бы я, чтобы всё было так просто.

Поцеловав меня в лоб, она смотрит на меня сверху вниз своими прекрасными голубыми глазами, в которых нет ничего, кроме любви и искренности.

– К сожалению, всё действительно так просто, Билли. Потому что, если ты не сосредоточишься на себе и этом ребенке, то у тебя будет гораздо больше проблем, чем просто один мудак, который не умеет расставлять приоритеты.

ГЛАВА 3

ЭММЕТ

– Деньги дошли до тебя, всё в порядке? – спрашиваю я Скотта, прежде чем мне придется переключить свой телефон в режим полета.

Полёты на частных самолётах имеют свои плюсы — в том числе возможность звонить буквально до самого взлёта. Тем не менее, это не мешает моему капитану и центровому Джеку Моргану искоса поглядывать на меня, когда он садится рядом со мной.

– Да, поступили на счёт поздним вечером.

Скотт звучит менее уверенно, чем во время нашего разговора в баре несколько дней назад.

– Они твои, без лишних вопросов, – успокаиваю я его, стараясь говорить как можно более неопределенно.

Хотя я полностью доверяю своим товарищам по команде, я уверен, что Скотт и Фрейя не хотели бы, чтобы их дела обсуждали с кем-то ещё, ну, если бы Фрейя знала всю правду.

Скотт прочищает горло. Я знаю, что он сегодня на работе, скорее всего, сидит в своём фургоне возле школы, где он работает уборщиком полный рабочий день.

– Я хочу, по крайней мере, вернуть часть денег.

– Нет, – быстро отвечаю я, жестче, чем хотел, за что тут же ловлю ещё один взгляд от Джека.

Я перекладываю телефон в руку, ближайшую к окну. Обычно мы сидим на отдельных местах, но почти вся команда вылетает на озеро Гарда на неделе отдыха, чтобы отметить свадьбу ключевого защитника «Blades» Томми Уильямса и его невесты – вратаря «NY Storm» Дженны Миллер.

Это безумно долгий перелет в Италию, но именно там Томми хотел жениться на своей девушке, и кто мы такие, чтобы отказать новой влиятельной паре Нью-Йорка? Весь город помешан на них обоих, и, честно говоря, десятичасовой перелёт – единственный способ хоть немного избавиться от внимания папарацци.

Я стараюсь смягчить свой голос. Я хочу, чтобы Скотт принял деньги добровольно, а не чувствовал, будто я их ему в горло запихиваю.

– Как дела у Билли?

Сквозь шум двигателя самолета я всё ещё слышу его вздох.

– Настолько плохо, да?

– Она почти не ест и думает, что это её вина, когда на самом деле... – он замолкает, и я представляю, как белеют костяшки его пальцев, сжимающих руль. Примерно так же сжались бы мои, если бы я когда-нибудь добрался до Такера.

– Когда я вернусь из Италии, я загляну к тебе. Прошло, должно быть, года три с тех пор, как я в последний раз видел Билли.

– Больше трех лет, – уточняет Скотт. – Ты не видел её с тех пор, как ей исполнилось 17. Это последний раз, когда она была дома на каникулах.

Воспоминания о Билли, сидящей напротив меня за столом, всплывают из глубин моего мозга вместе с индейкой, которую Мария бросила на пол нашей кухни во время ссоры. Я вздрагиваю от того, как мы навязали себя Куиннам в тот год из-за детского поведения моей бывшей жены.

– Точно, – говорю я, тяжелые воспоминания сменяются улыбкой, когда я вспоминаю, как она уничтожила меня в Монополии, а затем сунула свой выигрыш и пари, которое мы заключили, мне в лицо, когда мы мыли посуду, а все остальные смотрели телевизор.

Билли Куинн всегда была язвительной и умела подшучивать, что заставляло меня смеяться до упаду, ещё до того, как она заканчивала фразу. Мне неприятно думать о том, что она пострадает от рук придурка и его семьи. Я бы связался с ней и написал ей, чтобы она знала, что рядом с ней есть люди, которые поддержат её, если бы это не было чертовски странно. Мы почти не разговаривали с тех пор, как она уехала в университет.

Я ерзаю на своём сиденье, пока Джек берет у стюардессы чашку с горячей водой и, достав из переднего кармана толстовки пакетик чая, добавляет его в свою кружку. Я долго смотрю на него, пока он аккуратно водит пакетиком.

Британцы иногда чертовски странные.

«–

Какого черта ты флиртовал с дочерью-подростком наших друзей?!»