— Два спятивших пустоголовых болвана! — закончил он. — Мы нашли в кустах двух наших ребят мёртвыми там, где приземлялся один из шаров. Лизес Мур и Квинс Рэндвейл убили их и захватили шар, верно?

— Такая мысль приходила мне в голову, — признал Док.

— Именно это мы и пытались предотвратить! — прорычал мужчина, и глаза его ужасно скосились.

Док спросил: — Кто был третьим мертвецом? Тот, кто умер некоторое время назад?

Другой открыл рот, словно по рассеянности собирался дать правильный ответ, но тут его глаза внезапно выпрямились.

— Неважно, — отрезал он.

— Где девушка? — спросил Док.

Коротышка сухо сказал: — Должно быть, те два скунса, Мур и Рэндвейл, оставили её в живых. Конечно оставили. Собираются использовать её так же, как его.

Человек с блуждающими глазами закричал: — Похоже, только пуля заткнёт твою пасть!

Коротышка сообщил: — Когда почувствуешь удачу, можешь попробовать её заткнуть.

Вместо того чтобы принять вызов, другой развернулся и зашагал прочь.

 

* * *

 

Минут через пять человек с беспокойными глазами вернулся. Он выглядел вполне довольным.

— Ты должно быть, выпил, — предположил Коротышка.

— Чушь! — Другой злобно ухмыльнулся. — Я связался с боссом. За поимку нашего большого бронзового друга здесь мы все получим дополнительную долю.

— Когда ты приносишь такие вести, всё прощено, — сказал ему Коротышка.

— Остальными займётся босс, — сказал худой мужчина.

— Какими остальными? — спросил Коротышка.

— У Дока Сэвиджа в Нью-Йорке ещё трое людей, — ответил другой. — Типы по прозвищу Длинный Том, Джонни и Ренни. Нужно позаботиться и о них.

Глава 11. ФЕРМЕРСКАЯ УЛОВКА

У Ренни были огромные кулаки. Один специалист по медицине когда-то утверждал, что это крупнейшие кулаки, какие когда-либо имел человек, включая Кардиффского гиганта. Ренни не был хвастуном — кроме одного пункта: он утверждал, что не существует деревянной двери, панель которой он не способен выбить кулаками.

Ренни, он же полковник Джон Ренвик, был инженером, известным на большей части земного шара. В последние дни он редко занимался этой профессией. Он любил волнение, и ради него служил солдатом неприятностей в маленькой группе Дока Сэвиджа.

Ренни сидел в нью-йоркской штаб-квартире Дока Сэвиджа в небоскрёбе. На коленях у него лежала газета. Под газетой, скрытый ею, находился один из супер-пистолетов бронзового человека, способный выпускать многие сотни пуль в минуту.

В дверь снова постучали.

— Войдите, — пригласил Ренни.

Вошедший мужчина был башней из костей. Он моргнул на газету, затем потрогал монокль, свисавший с лацкана на ленте.

— Твоё поведение порождает опасения, — академическим голосом произнёс он.

— Не знал, что это ты, Джонни, — прогрохотал Ренни голосом, громкость которого напоминала сердитого медведя в пещере. Он убрал пистолет-пулемёт в карман.

Новоприбывшим был Уильям Харпер Джонни Литтлджон — джентльмен с двумя страстями: приключениями и длинными словами. То, что его считали одним из самых учёных знатоков археологии и геологии, было лишь маленькой деталью.

— Длинный Том связывался с тобой в течение минувшего часа или около того? — спросил Джонни.

Ренни моргнул. — Вот это меня озадачило.

— Длинный Том мне звонил, — сообщил Джонни более короткими словами. — Он указал, что располагает сведениями сопоставимой важности.

— Понятно, — неопределённо ответил Ренни. — Нет, мне он не звонил.

Джонни прошествовал в библиотеку, выглядя худее, чем только может быть живой человек, и вернулся с книгой лишь немного меньше чемодана. Он раскрыл её и принялся вчитываться в страницы мелкого шрифта.

Это была написанная самим Джонни книга об образе жизни доисторического птеродактиля.

— Освежаешь знания? — спросил Ренни.

— Я кое-что упустил, — объяснил Джонни. — К тому же вопрос немалого значения, касающийся лапидификации, или прогрессирующего лапидесцентного состояния овального…

— Пощади, — попросил Ренни. — У меня и так голова болит. От Дока есть вести?

— Нет, — кратко сказал Джонни.

Дверь распахнулась, впустив бледного, измождённого мужчину, который выглядел настолько нездоровым, что ему впору было лежать в больнице. Ростом он едва достигал среднего, а цветом лица обладал не более румяным, чем гриб.

— Нечто важное! — крикнул он, размахивая бумагой.

Это был майор Томас Дж. «Длинный Том» Робертс, выдающийся гений электричества, который ни дня в жизни не болел.

 

* * *

 

На бумаге были напечатаны слова:

Я знаю, что ты правильный парень и интересуешься этим убийством Уилларда Спэннера. Иди на Карл-стрит, 60, и, может быть, кое-что узнаешь. Но будь осторожен. Потом я тебя найду, и если захочешь сделать для меня что-нибудь за наводку, тоже хорошо.

Базз.

— Кто такой Базз? — прогрохотал Ренни.