Одно только выражение его сухого лица, будто он смотрит на что-то гадкое и противное, пробуждает во мне не то злость, не то обиду. Зато теперь я ещё лучше понимаю, почему местные девочки так не любят зазнавшихся аристократов.

— Да что вы можете в свои-то годы? Ваше место на кухне! — рявкает мужчина, пугая девчонок.

Но тут же получает выговор строгими взглядами четы Герров.

Достойно. Вот только я прекрасно помню, что эти господа играют куда более тонко и опасно.

— Мы, господин, — отвечаю я ровным голосом, немного склонив голову, чтобы его разгорячившийся нрав тут не рванул. — Именно мы в наши годы отыскали залежи глины, соорудили своими руками гончарный круг и печь, заделали саманом все щели. Мы наладили торговлю. Мы подготовили подробный план дальнейших действий, следуя которому, уже к новому сезону эта академия сможет вдохнуть в себя новую жизнь.

— Планы — это лишь бумажки! Какая дерзкая девка! — рявкает старик.

Но господин Герр не даёт ему продолжить. Одним жестом руки велит замолчать.

— Как тебя зовут, дитя? — спрашивает Герр, глядя мне прямо в глаза.

И сейчас он, кажется, вовсе не лукавит.

Мужчина, в самом деле, меня не узнаёт? Как? Почему?

Кидаю беглый взгляд на старое зеркало у колонны и застываю, потому я не я.

В отражении на меня смотрит милая, перепачканная девчонка. Нос картошкой стал остреньким, как у лисички, и немного вздёрнутым, от пухловатых щёк не осталось и следа, зато теперь красиво выделяются высокие скулы.

Как же так вышло? Это иллюзия?

Ксандра?!

— Её зовут Б…

— Берта! — выпаливаю я, не дав Дайре, всюду сующей свой нос, договорить.

Раз они меня не узнали, то пусть так и будет.

Той Беллы больше нет. Она умерла в тот самый день, когда от неё отреклись. Теперь на её месте я! И я куда сильнее и отважнее. Я маленькая леди без прошлого, но с планами на будущее.

— Берта? — переспрашивает Рэйдар.

От звука его голоса внутри всё сжимается в ком.

А как он смотрит! Будто выискивает во мне ложь!

— А фамилия?

— У меня нет фамилии, — выдаю я, взглянув прямо в его синие глаза, и тут же об этом жалею.

Слишком сложно! Но я выдержу. Должна выдержать…

— Что ж, весьма любопытно, — оттягивает на себя внимание господин Герр.

Я мысленно благодарю богов за то, что у меня есть повод смотреть на него, а не ненавистного жениха, от вида которого кровь то стынет, то закипает по пять раз в минуту.

Вот бы ещё начать дышать нормально.

— Что скажете, господа, дадим этим детям шанс?

— А как же нарушения, Ваша Светлость?! Мы не должны закрывать на них глаза! Академию нужно закрыть! — спешит вставить своё слово старец.

Сердце сжимается от страха, когда остальные охотно ему поддакивают.

— Нет! Только не это! — хочу выпалить я в сердцах.

Но не успеваю.

— Ломать всегда проще, чем создавать. Вы ищете лёгкие пути, господа? — выдаёт Рэйдар.

И мужчины, пришедшие с ним, недоумевают.

— Что? — Хмурятся они.

— Рэйдар, будь добр, поясни, — требует отец.

— Нас просят о шансе, а не о поблажках. И учитывая, сколько труда вложено и как подробно прописан план, было бы справедливо дать этот шанс. Закрыть мы всегда успеем, не так ли?

Что? Это точно Рэйдар только что это сказал? Может быть, мне послышалось?!

— Что ж, считаю это разумным, — довольно кивает глава комиссии, а затем смотрит на коллег. — Вы согласны, господа?

Те самые господа неохотно кивают.

— Тогда решено. Будет вам срок до осени, — объявляет Герр.

Девчонки оглушают визгами радости, кидаются благодарить и обещать, что всё будет выполнено.

А я же, уловив шанс в начавшейся суматохе, хочу сбежать отсюда поскорее. Уйти в укромное место и наконец-то выдохнуть. Выпустить на волю эмоции, что всё это время пожирают меня изнутри.

Голоса стихают за спиной, и теперь я слышу лишь собственные семенящие шаги и сбивчивое дыхание.

Припадаю спиной к холодной каменной стене и закрываю глаза. Сердце колотится как бешеное. От радости, что нам удалось избежать самого страшного. И оттого, что лицо мужчины, который меня отверг, до сих пор стоит перед глазами.

Чтоб его!

Мне кажется, что я всё ещё в том зале, ловлю на себе его пристальный взгляд. Во мне всё горит от обиды и гнева, но я не смею и шага сделать в сторону, потому что на кону стоит главное — академия.

Теперь всё позади. Теперь можно расслабиться?

— Быстро ты бегаешь, — раздаётся до боли знакомый голос.

Я, вздрогнув, открываю глаза.

Гоблины дерите! Рэйдар Герр!

— Вот я и нашёл тебя.

Глава 25. Кого он ищет?

Я каменею до кончиков пальцев.

Он. Меня. Узнал?

— Берта, верно? — спрашивает Рэйдар.

Я судорожно выдыхаю. Даже голова начинает кружиться от пережитого напряжения. Секунда тянулась как час под его пристальным взглядом.

Но, судя по его словам, он меня не узнал, хвала богам. Тогда что ему нужно?