— Я подслушала, как слуги болтали через стены, — добавляет она. — Судя по их разговорам, меня выбрала Богиня Любви. — Она выходит из моего прямого поля зрения, вставая сбоку, чтобы дать мне лучше рассмотреть Атриум позади нее. — Осмотрись сама, если не веришь.

Я оглядываю комнату, которая вовсе не комната, а лабиринт. Это просторное помещение такое же высокое, как и широкое, с арочными потолками и бесконечными стенами, образующими лабиринт, который делит комнату на четыре угла, как и сам замок. Это не тюремная камера. Это гостевой дом.

Августин, зачем ты притащил меня сюда?

В ближайшем углу этой части комнаты с хрустальных люстр свисают лианы пассифлоры над кроваво-розовой кроватью, на которую Лили опускается, ухмыляясь, как чеширский кот.

— Лично я думаю, что нас выбрали боги для определенной цели. — Она берет с ближайшего серебряного подноса клубнику в шоколаде и отправляет ее в рот, бормоча между укусами: — И у меня такое чувство, что какова бы ни была эта цель, нам больше никогда не придется беспокоиться о том, чтобы тратить нашу магию крови на пустяки.

— Ты уверена, что нас привели сюда не для того, чтобы задобрить? — шепчу я в ужасе, оглядываясь на все эти искрящиеся залежи шампанского. — Как свиней перед забоем?

Лили соскальзывает с кровати и направляется к зеркалу, усыпанному бриллиантами, в углу комнаты, кружась в своем платье. Спустя долгое мгновение она бросает взгляд через плечо и ухмыляется.

— У тебя мало веры, Шэдоу. Боги решили оказать нам честь, потому что мы особенные. И уже давно пора. Я уже начала гадать, заметят ли они вообще, сколько магии крови у меня есть.

Я смотрю на свои руки, лишенные магии, и сглатываю. Лили снова кружится. На этот раз золотая искра привлекает мое внимание, и мой взгляд падает на Кровное Заклинание, покрывающее ее правую руку. Это золотое дерево с корнями, переплетающимися по каждому из ее пальцев, и лиственными ветвями, обвивающими предплечье. Она следит за моим взглядом и останавливается, улыбка расцветает на ее губах.

— Тебе нравится мое Кровное Заклинание, — говорит она с мягким наклоном головы, поворачивая предплечье туда-сюда, чтобы дать мне рассмотреть его поближе.

Я киваю. Говорят, что Древо Жизни связывает все энергетические поля мира и является источником, из которого происходят все ауры. От него Лили получила силу Сердце-Ткача — человека, управляющего эмоциями и чувствами. Согласно легенде, Сердце-Ткачи обладают врожденной способностью превращать друзей во врагов, а врагов в возлюбленных. И, по словам городского глашатая, Сердце-Ткачи устраивали всякий переполох в местных тавернах, побуждая мужчин вонзать своим же друзьям ножи для масла в животы.

Магия Сердце-Ткача заключается в том, чтобы извлекать эмоции, которые уже существуют в сердце человека, и усиливать их в непреодолимую волну, которую невозможно игнорировать. Что, естественно, часто приводит к тому, что люди убивают друг друга. К счастью, как и вся смертная магия, силы Сердце-Ткачей мимолетны и ограничены. Их сила полностью зависит от того, насколько густа их магия крови и не истощили ли они ее недавно. Хотя почему Кровное Заклинание Сердце-Ткача — Древо Жизни, я еще не поняла. Возможно, потому что они чувствуют ауры — источник всех эмоций, — и Древо Жизни присваивает эти ауры при появлении человека в мире.

Лили протягивает руку и хватает мою. Я проглатываю вкус страха.

— Я чувствую, что ты… другая, — говорит она, закрывая глаза и глубоко вдыхая. — Темная сила окружает тебя защитной сетью. Возможно, поэтому тебя выбрали боги. — Она отпускает мою руку и отступает, словно боится, что моя внутренняя тьма может просочиться в ее прекрасное платье и разрушить его. — Как выглядит твоя метка? — спрашивает она, звуча искренне заинтересованной.

Вспышка воспоминания проносится в моем сознании. Это видение сурового предупреждения Августина и ужаса, застывшего в его диких глазах. «Никогда не показывай свою метку никому, ты меня поняла?» Это воспоминание исчезает, уступая место другому. На этот раз это великий магистр Гримвелл, который чуть не поскользнулся на камне, пересекая свой кабинет, чтобы схватить меня за плечи и яростно встряхнуть. «Спрячь метку. Никогда не позволяй ни единой душе ее увидеть. Ты должна немедленно уйти отсюда».

Сначала я справлялась со своим изгнанием, убеждая себя, что гениальный человек впал в старческий маразм, и это работало довольно долго. По крайней мере, пока я не нашла стопку королевских указов в ящике Эрика, в которых требовалось: «Жители Авроры. Доставьте мне Ворону в обмен на галлон кровной магии. Судьба нашего мира в ваших руках». После этого я решила, что великий магистр Гримвелл был не так уж и глуп.