Гайм немедленно взмахнул Безымянным Клинком изо всех сил, и этот бросок подбросил меч и его владельца в воздух. Преодолел половину расстояния, он все равно не мог сравниться со скоростью Некроманта. Тяжело приземлившись, Гайм перекатился, чтобы избежать удара и присел, увидев, как маленький демон, появившийся из ворот, бросился на атакующего рыцаря. Некромант едва задержался, подняв проклятый клинок, чтобы разрезать существо от морды до основания его лезвия-хвоста. Поспешно бросившись в погоню, Гайм заметил, как разчлененный труп дергается и корчится, выделяя черную жидкость, которая испаряется при соприкосновении с песком. Кроме того, из рассеченного пополам трупа поднялась призрачная фигура меняющихся оттенков, которая издала пронзительный вопль, направляясь по спирали обратно к воротам. Яркая вспышка появилась, когда она исчезла в светящейся арке.

Демоны не умирают, напомнил ему Лакорат. Этот скоро вернется в новом обличье, и я сомневаюсь, что он будет один.

Увидев, как Некромант приближается к неподвижному силуэту Экири, Гайм ускорил шаг. С его губ сорвалось безмолвное предупреждение, когда он увидел, как рыцарь занес свою глефу для удара. Девушка или то, что похитило ее тело, казалось, не проявило никакого интереса к прибытию Некроманта, и причина быстро стала очевидна, когда огромный демон выскочил из ворот. Безротый, покрытый зелеными чешуйками монстр высотой двенадцати футов, он уставился на зеленоглазого рыцаря тремя горящими ненавистью глазами, прежде чем взмахнуть огромной дубиной с железными шипами. Та пролетела в нескольких дюймах от головы Ансельма, а Некромант, изогнувшись дугой, рубанул глефой по ногам демона. Черная жидкость хлынула из раны, и чешуйчатый монстр дернулся от боли, но, не колеблясь, возобновил атаку. Песок взлетал в воздух, когда он снова и снова наносил удары по быстро движущейся фигуре Ансельма, оттесняя его назад и, случайно освобождая путь к Экири.

Когда Гайм приблизился к ней, она позволила себе обернуться и поприветствовала его довольной улыбкой. «Наконец-то прибыл мой королевский гость», — сказала она ему голосом, который не мог исходить из человеческого горла. Ее глаза светились злобным светом и мрачным знанием, когда она бросила короткий взгляд ему за спину. «Мать, я полагаю, нашла приветствие, которое я для нее приготовила? Надеюсь, она была достаточно благодарна. Встретить свою смерть среди зверей, которых она любила больше собственного ребенка, было лучшей судьбой, чем она заслуживала».

Гайм продолжал свое движение, не отрывая взгляда от цели. С тех пор, как он оставил Ищейку в ее ловушке, он знал, что может сделать только одно, когда догонит ее дочь. Он надеялся, что она не возненавидит его за это.

«Да, иди сюда», — сказал Осквернитель, широко раскрыв объятия. «Я давно питаю отвращение к этому сосуду и хочу насладиться ее де...»

Слова демона превратились в пронзительный крик, когда Гайм с предельной точностью взмахнул Безымянным Клинком, целясь не в шею, а в руку, держащую Хрустальный Кинжал. Проклятый клинок вспыхнул, когда рука Экири отделилась от запястья, а культя мгновенно прижглась под воздействием жара Безымянного Клинка. Крича, она рухнула на землю, сжимая изувеченную руку. Ее отчаяние сменилось страшной паникой, когда Гайм наклонился над ней, пристально глядя в глаза. Видя только ужас молодой девушки, внезапно оказавшейся в кавалькаде ужасов, Гайм вздохнул с облегчением. В первые годы своего проклятия он пробовал это много раз. Сжимая Безымянный Клинок, он замахивался на свое запястье, но лезвие останавливалось в миллиметре от кожи. Но это была его плоть, связанная проклятием, приковывающим его к мечу. За долгие годы он бесчисленное количество раз убеждался, что, хотя древнее заклинание Аркелиона защищало его от хода времени, те, кто носил проклятый демонами клинок, не обладали иммунитетом к ранениям.

«Беги!» — крикнул он прижавшейся к земле девушке. «Прячься».

«М...» — заикаясь от боли и ужаса, пролепетала она. «Моя мама...»

«Просто беги!» — прорычал Гайм, и этот приказ заставил Экири вскочить на ноги и спотыкаясь, побежать к краю арены.

Обратив внимание на упавший кинжал, Гайм увидел, что осколок заколдованного кристалла продолжает светиться, пульсируя от силы духа, который в нем содержался.

«Убирайся отсюда, смертный!»

Некромант приблизился, за его спиной лежало расчлененное тело трехглазого демона. Ихор забрызгал доспехи рыцаря, а его глаза пылали сверхъестественным светом. «Ты не лишишь меня моей награды...»

Его слова оборвались криком разочарования, когда порыв ветра сбил его с ног. Обернувшись, Гайм увидел, как Лорвет несется через арену с вытянутой рукой. По бокам от него находились Шавалла и Лексий, ученый поднял Зуб Кракена, чтобы извергнуть молнию. Она пролетела в ярде от головы пригнувшегося Гайма и ударила в грудь другого демона, который как раз вылезал из врат. Монстр со множеством щупалец издал пронзительный крик, когда его дымящееся, почерневшее тело было отброшено обратно в Инферно.