В тот момент я осознаю, насколько глубокими и правдивыми были мои слова. На самом деле нет смысла продолжать этот фарс жизни без неё. Всегда была она и всегда будет она. Нет жертвы, на которую я не готов пойти, чтобы сохранить Скарлетт. Я также понимаю в тот момент, что она не отпустит его. Джаспер Гарнье значит для неё гораздо больше, чем я понимал раньше, и если дело дойдёт до выбора, она может уйти от меня.

Моя первая реакция — просто убить его, убрать из уравнения, но её следующие слова закрепляют то, где я сейчас, — перед мудаком, которого я должен был зарезать давно, и не могу причинить ему вред из страха навредить женщине, которую тоже люблю.

«Я... не могу выбрать тебя, Ксавьер. То есть я не могу выбрать только тебя. Ты — часть меня, просто зная всё, что ты сделал для меня, и нашу историю. Боже, как бы я хотела, чтобы ты дал мне знать раньше. Всё могло бы быть иначе».

«Джаспер Гарнье. Ты говоришь, что не можешь выбрать между нами, что у тебя есть чувства к нам обоим?» Всё во мне хочет забрать свои слова обратно, отвергнуть даже такую возможность, но когда слёзы наполняют её тёмные глаза цвета мокко и стекают по ресницам, образуя маленькие алмазные реки на её фарфоровой коже, я знаю правду. Она тоже любит его.

Блядь, как это случилось? Все эти годы ожидания подходящего момента, чтобы открыться ей. Всё время, проведённое в тени как её защитник, и она влюбилась в него. В человека, которого я презираю, который является полной противоположностью всему, что я есть и во что верю. В человека, который может посадить её за решётку, если когда-нибудь поймёт, что она — Пепельный Творец. Понимает ли она вообще эту возможность?

«Прости, Ксавьер. Я знаю, что это не то, что ты хочешь слышать, и я не знаю, как объяснить тебе это. Чёрт, я даже не знаю, как объяснить это себе. Он — часть меня, как и ты, просто по-другому. Выбирать между вами было бы как вырвать часть себя и просить меня жить без неё».

Выражение шока появляется на её лице, словно её слова удивили её. «Я не знаю, когда я так привязалась к Джасперу. Всё больше не имеет смысла. Теперь я понимаю, что он пробрался в моё сердце, как и ты, несмотря на стены, которые я возвела, чтобы защитить себя. Мысль о том, чтобы потерять его, потерять любого из вас, почти невыносима».

«И всё же ты просишь меня уйти, Скарлетт. Объясни мне, блядь, логику!» Гнев быстро поднимается, нагревая мою кровь, и монстр, всегда готовый к насилию, клокочет прямо под поверхностью. Я никогда не причиню вреда Скарлетт, но сейчас желание найти Джаспера и покончить с ним почти неконтролируемо.

Она подходит ко мне, её дрожащие руки поднимаются, чтобы обхватить моё лицо, и она смотрит на меня с печалью. «Я не хочу причинять тебе больше боли, Ксавьер. Ты уже столько пережил, и ты заслуживаешь счастья. Я не буду лгать, если ты уйдёшь сейчас, если ты откажешься от меня, это сломает что-то во мне, но я не могу заставить тебя остаться, когда я не готова выбирать».

В тот момент я не мог ответить ей и решил переубедить её с помощью своего тела. Я думал, что если я докажу ей, как я могу заставить её чувствовать, как сильно я хочу и нуждаюсь в ней, она забудет о нём, хотя я знал, что это маловероятно. Даже когда она истекала кровью в моём лофте и была ранена, она пыталась встать между нами, чтобы остановить нас. Она не выбрала ни одного из них, и это наконец заставило меня понять, что она никогда не выберет, даже в смерти, если до этого дойдёт.

«Она любит тебя, но она также любит меня. Она не выберет между нами, как бы ты или я этого ни хотели». Он вскакивает на ноги и бросается ко мне, хватая меня за футболку и притягивая ближе, пока я не вижу золотые крапинки в его тёмно-синих глазах. Он тяжело дышит, словно борется не только с бомбой правды, которую я только что обрушил на него, но и со своим собственным чувством потери.

Это то, что я тоже чувствую, — знание того, что она никогда не будет только моей, поэтому я понимаю его, вероятно, лучше, чем он понимает себя. «Ты готов потерять её навсегда, Джаспер, потому что я нет. Я никогда не буду готов. Я ждал, блядь, годы, чтобы быть с ней, и я не откажусь от неё, даже если это значит, что мне придётся мириться с твоим присутствием в этой картине».

38ДЖАСПЕР

Я отталкиваю его от себя, звук моей крови хаотично пульсирует в ушах. Нет, он ошибается. Он просто пытается вывести меня из себя, чтобы я надрал ему задницу и меня вышвырнули из больницы. Не может быть, чтобы Скарлетт испытывала чувства к нам обоим, это невозможно.

— Куда ты, чёрт возьми, направляешься, Джаспер? От этого не убежишь, — требует Ксавьер, когда я спотыкаясь иду по коридору, увеличивая расстояние между нами, чтобы не вступить с ним в жестокую конфронтацию. — Джаспер!